Некоторое время он просто поглаживал то одну грудь, то вторую, пока ощущения не притупились, а после этого склонился и вобрал в рот сосок, вырвав из меня томный стон. Я думала, что это будет неприятно. Ожидала почувствовать шершавый язык и твёрдые зубы, но вместо этого утонула в неожиданном наслаждении, выгнулась в спине, словно если буду ближе к этому человеку, то удовольствие продлится дольше и будет сильнее…

С негромким звуком он оторвался от меня, и я разочарованно упала на ложе. Сердце билось где-то внизу живота, заставляло тело резонировать тонкой, едва ощутимой дрожью.

А потом всё повторилось вновь, но уже с другой стороны, а первый сосок дракон сжал пальцами, сильно и уверенно. Мне хотелось плакать. Бить руками по подушкам, сучить ногами, — но в то же время, чтобы он не прерывался ни на мгновение. Это было одновременно сладко и мучительно, жгучая смесь, сводящая с ума.

Когда он отпрянул, высвободив мои руки, я выдохнула, с облегчением и в то же время — разочарованием, но тут же замерла: крупная ладонь скользнула по внутренней стороне бедра, прошлась по промежности, остановилась на нижней части живота, мягко массируя и поддерживая жар внутреннего пламени.

Мои бёдра задвигались в нетерпении, в жажде чего-то большего, чего-то… совершенного. Дракон не слушал их зов. Продолжал мягко массировать, поглаживая ноги, пробегаясь по вульве, легко задерживаясь в самом центре, заставляя меня тянуться к нему.

— Тише, тише, — прошептал незнакомый голос. — Не торопись так, Избранная.

Он провёл пальцами между складочек, и одним из них осторожно, совсем неглубоко, вошёл внутрь. Я застонала, сама не зная от чего.

Совершенно незнакомые чувства помутили моё сознание.

Дракон убрал руку и чуть отпрянул от меня. Мне не было видно, что он делает, в чём причина остановки, и я отвернулась, пытаясь перевести дыхание и скрыть разочарование. Однако, спустя несколько мгновений он взял меня за руки и потянул, заставляя подняться на трясущиеся ноги, а потом одним движением снял платье, чтобы уложить вновь.

Теперь уже не было ни стыда, ни смущения, ни страха. Только пламя внутри, которое с каждым мгновением полыхало всё сильнее, и я безропотно раздвинула ноги, подчиняясь его безмолвным прикосновением.

Но то, что случилось дальше, заставило меня с силой сжать в кулаках лежащее подо мной одеяло.

Сначала я почувствовала лишь его дыхание между своих ног, но потом — осторожные ласки, деликатные, ещё нежнее, чем пальцами. Его язык проходил между моих губ снизу вверх, заканчивая твёрдым, острым движением, от которого я вздрагивала и сильнее сжимала одеяло. А после, в очередной раз закончив на вершине, он захватил её губами и потянул, осторожно посасывая.