Ну слава яйцам! Этот красноволосый показался мне опасным, и меньше всего мне хотелось бы оказаться с ним не то, что в одной постели, а вообще наедине.

— И кто-то вроде меня? — с кривой усмешкой предположил дракон. Судя по выражению лица свахи, он попал в точку. Селина с такой силой вцепилась пальцами в собственные предплечья, что у нее побелели костяшки.

— Я подготовлю Избранную, — сухо произнесла она. — Не за полчаса, конечно, но ведь и тому, кого выберете вы, тоже нужно будет как минимум помыться.

Дракон хмыкнул и, круто развернувшись, стремительно удалился. До меня донесся протяжный, какой-то обреченный вздох, после чего сваха повернулась к нам, и на ее лице снова была улыбка.

— Омлет с курицей? — она зажмурилась, вдохнув в себя запах, исходивший от моей тарелки. — Пища богов! Завтракайте, у нас впереди много дел.

И она ушла, быстро постукивая каблучками и эффектно двигая бёдрами: пара задержавшихся драконов проводили её весёлыми взглядами, после чего дружно выразили своё одобрение.

Мне же уже кусок в горло не лез. Ещё пару дней назад я выбирала в магазине бельё для своего первого раза, долго крутилась в кровати, представляя себе, как всё пройдёт, а теперь колени тряслись от одной только мысли об этом.

И с кем? С незнакомцем, который владеет какой-то неизвестной мне силой и ждёт, что я рожу ему яйцо. Нонсенс!

Брат Марти, который увязался было за свахой, вернулся и присел рядом со мной.

— После завтрака нам следует пройти в умывальню, — произнёс он своим трепещущим, тоненьким голоском. — Вас будет ожидать индивидуальная комната с ваннами и маслами… так сказала мисс Хайд.

Он почесал переносицу, заворожённо глядя, как я ковыряю вилкой в омлете.

— Может, вы хотели бы?.. — протянула ему тарелку, но жрец замотал головой:

— Что вы, в мой рацион входит только простая грубая пища, всё это оскверняет ум и…

— То есть, мой ум осквернить вам не жалко? — вскинулась я, с трудом сдерживая улыбку.

— Что вы, ваш ум осквернять уже некуда… то есть, я хотел сказать, ваш ум неподвластен… то есть…

Бедный служитель храма совсем запутался и стушевался, что доставило мне некое изощрённое удовольствие. Лучше думать о чём угодно, только не о предстоящем событии.

Столовая быстро опустела.

Первыми её покинули молодые драконы, спешившие на совещание. Каждый уходил, задержав на мне внимательный взгляд, словно решая, достойна ли я того, чтобы прервать трапезу и принять участие в этом сомнительном мероприятии. Некоторые лица я узнавала. Мы встречались в большой пустой зале с белым ложем.

Затем скрылись один за другим и остальные посетители. А ещё через пару минут ко мне подошла горничная в вызывающе коротком подобии сарафана на основе корсета — и настойчиво забрала тарелку с недоеденным омлетом.