— И как всегда, сообщил, что молится в храме о нашем с тобой здравии, — ироничные нотки прозвучали в его голосе и тут же пропали. — Да, и ещё две новости есть у меня. Я собственно из-за них и сорвался со службы.

— Такие важные, что ты оставил пост коменданта крепости и примчался в Ильинское? — я развернулась к мужу и удивлённо посмотрела на него. — Я-то думала, что ты действительно соскучился по нам за четыре дня.

— Пришла депеша. Царь Александр Третий подписал указ об отмене крепостного права…

Не успел муж договорить, как я от радости кинулась к нему, чтобы звонко расцеловать в обе щеки.

— Ура! Наконец-то!

— Тихо! Сына разбудишь, — шикнул на меня любимый, улыбаясь. — Я тоже очень рад.

Наши крепостные давно получили вольную, но ни один не покинул Дивное и деревню. Слуги получали достойное жалованье, крестьяне стали арендаторами и платили посильную ренту, работая на наших землях. Жизнь их стала лучше, все излишки результата своего труда они продавали на рынке в Омске.

Я продолжила свою акушерскую практику: принимала женщин любых сословий, лечила женские болезни, помогала в родоразрешении. К тому же я оборудовала кабинеты в Дивном и в городском доме. Летом мы жили в поместье, а в зимний период — в городе. Мне редко приходилось пользоваться целительским даром, но если без него не обходилось, то я незаметно усыпляла своих пациентов, чтобы никто не знал о моих способностях. Мало ли что подумают. Не хочу, чтобы меня объявили ведьмой.

Колено мужа я вылечила за месяц, но он до сих пор ходит с тростью. Говорит, так он выглядит солиднее. Всё же комендант крепости.

— И ещё у меня есть плохая новость, — тяжело вздохнул муж, когда я осталась в одной кружевной сорочке.

— Не пугай меня, — насторожилась я.

— Генерал-губернатор предупредил, что крепость собираются упразднить, — Костя досадно поджал губы. — Меня уволят в запас.

Я крепко обняла мужа, зная, как нужна ему сейчас моя поддержка. Три года назад Косте дали звание полковника и назначили комендантом крепости. Алексей Фёдорович де Граве ушёл на пенсию и уехал к себе на родину, но через полгода пришло известие о его смерти. Всё же генерал был немолод. Константин продолжил его дело в Омске и честно нёс службу. И вот теперь он остался не у дел.

— Не переживай, всё будет хорошо, — ласково прижалась я к груди любимого. — Зато ты теперь сможешь активнее заниматься поместьем, развивать его. У меня есть предложение — помочь фермерам в разведении овец. Откроем цех по переработке овечьей шерсти, а со временем, может, и настоящую фабрику. Будущее за предпринимательством.

— Ты моя затейница, — ласково погладил меня по плечу муж. — Я подумаю об этом обязательно."

"— И к тому же у тебя будет больше времени на семью, — я хитро улыбнулась, невинно опустив ресницы.