Мы вместе с Никитой закончили работу вдвое быстрее, чем я делала это одна. Я всегда знала, что ему нравится математика и физика, эти два предмета он никогда не прогуливал, не считая уроков физической культуры, их он тоже старался не пропускать.

Сдав тетради, мы вышли в коридор. То, что случилось в классе, мы больше не обсуждали. До перемены оставалось несколько минут, и мы решили подождать ребят возле кабинета. Облокотившись спиной о подоконник, я не решалась начать разговор. Но. О Боги! Никита снова спас эту неловкую ситуацию.

– Погода сегодня нереальная, так снега много выпало - настоящая зима.

Ну, разговоры про погоду, конечно, классная идея, но хотелось поговорить о более важных вещах. Однако ответила я по-другому, в своем репертуаре, с язвинкой.

– Так значит ты пришел на химию, еще и на лабораторную работу остался. Думаю сегодня еще и ледяной дождь пройдется, – с легкой ухмылкой произнесла я.

Никита уловил нотки ехидности и громко рассмеялся,. Смех у него было заразительным и звонким, что я даже не заметила, как начала смеяться с ним в унисон. На фоне звенел звонок, заглушая наши голоса. Я мельком посмотрела на его профиль, и мой взгляд снова зацепился за его улыбку. От нее веяло теплом и искренностью. Надо перестать пялиться, одернула я себя.

Мы понемногу стали успокаиваться, пока остальные одноклассники покидали класс химии. Последними вышли девочки. Не сговариваясь, они втроем остановились в дверном проеме, с удивлением осматривая нас.

– Ты снова стукнул ее по голове? – с иронией спросила Саша.

Наш смех уже окончательно успокоился, и о том, что происходило здесь, говорили лишь красные щеки обоих.

– Нет, просто Диана очень смешно шутит, – подмигнув, ответил он. – Я пошел, надо спрятаться и порешать задачи, на литературу не ждите.

Он начал отступать назад, при этом продолжая смотреть на меня. У меня сложилось впечатление, что все глаза этого коридора были сосредоточены только на мне. По телу побежал жар, и я почувствовала, как к щекам прилил румянец. Власенко заметил перемену в моем лице, от чего правая часть его рта поднялась вверх, оголяя его клык. Он выглядел как хищник, загнавший свою цель в угол. Но в один момент он отсалютовал двумя пальцами и грациозно развернувшись пятках, резко завернул в коридор и его как будто тут и не было. Галлюцинация, не больше.

– И что это было? – поинтересовалась Лера.

– Ох девочки, если бы я сама понимала, что тут происходит.

Оставшиеся три урока тянулись вечность. На литературе мы разбирали произведение Михаила Шолохова «Тихий Дон». Географию я и вовсе не помнила, а вот на математику явился Никита и привлек к себе все мое внимание.