Мы гуляли уже второй час, и если в начале прогулки мы целиком и полностью ушли в дебри развалившегося брака Роберта, тогда уже сейчас во всю обсуждали проблему глобального потепления, периодически срываясь на чёрный юмор.

– Солнечные батареи, электромобили, использование бумажных пакетов вместо полиэтиленовых, а что насчёт нефти?

– Нефти? – Роберт приподнял брови. – Это разве не связано с солнечными батареями и ветряными мельницами? Или ты не про альтернативные источники энергии?

– Я именно об этом. Но больше всего в этой сфере меня заинтересовало аккумулирование избыточной энергии посредствам запасания её в виде потенциальной энергии гравитационного поля. Я сейчас говорю про гравитационную энергетику. Ты знал, что компания Energy Vault разработала проект гравитационной аккумулирующей электростанции, представляющей из себя подъёмный кран с шестью стрелами, электродвигатели которого работают как электрогенераторы при спуске блоков, и поставленные друг на друга блоки. Когда в электросеть поступает избыточная энергия, она тратится на поднятие блоков. А в часы-пик, при спуске блоков кранами, энергия возвращается в сеть! – я развела и хлопнула руками.

– Ещё ни разу не встречал девушку, которая после трёх бутылок пива начинает размышлять о гравитационной энергетике.

– Просто на днях натолкнулась на интересную статью, вот и… – я поморщила носом. – Я и вправду пьяна, да?

– По крайней мере недостаточно, чтобы начать обсуждать со мной принцип Парето.

– Это тот, согласно которому двадцать процентов усилий дают восемьдесят процентов результата, а остальные восемьдесят процентов усилий – лишь двадцать процентов результата.

– Ну и что это за взгляд? – словив на себе неоднозначный взгляд собеседника, решила уточнить я.

– Просто думаю, можно ли назвать нормальными твои познания в темах, которые обычные девушки обходят стороной.

– Обычные, нормальные… Думаю, это абстрактные понятия.

– О нет-нет-нет… Только не начинай новую философскую тему. Мне уже надоело чувствовать себя тупым не смотря на то, что за моими плечами высшее образование и профессия травматолога-ортопеда.

– По большей части я всё же травматолог…

– Что? – моё сердце ёкнуло.

– Роб – сокращённо от имени Роберт.

– Оу… – я похолодела.

Первая мысль, которая поступила в мой не только охмелевший, но и уже сонный мозг – он ни капли не похож на Роба. Два совершенно разных человека, и внешне и внутренне противоположные друг другу так же, как противоположны друг другу полюса земного шара.

От его предложения называть его “Робом” меня буквально передёрнуло, но я попыталась собраться:

– Ты не обидишься, если я предпочту полную форму твоего имени?

– Ммм… Ты ведь не думаешь, что я пытаюсь сблизиться…

– Нет-нет, я понимаю.