Как он там говорил: «Знай свое место»?

Какая же я дура!

– Это тот, который сцену ревности в кафетерии устроил? – прищуривается Сашка.

– Не хочу о нем, – отворачиваюсь от окна, чтобы больше не видеть, как Дикаев по-хозяйски обнимает за плечи Лину.

– Он тебе что-то сделал? – напрягается Саша. – Хочешь, вырву ему ноги?

– Я хочу о нем больше не говорить! – психую я, но в этот момент Кир вместе с Линой заходят в просторный холл, и мне кажется, что даже музыка перестает играть, и гул голосов стихает.

Но это только мое воображение.

Я прячусь за широкими Сашкиными плечами, чтобы Кир меня не увидел.

Не хочу поймать на себе снисходительный высокомерный взгляд.

В глазах закипают злые жгучие слезы, и я часто-часто моргаю, чтобы не превратиться в жалкое подобие панды.

Сашка приобнимает меня и сочувственно поглаживает по плечу. Он благоразумно не задает вопросов, потому что я могу разреветься от самого безобидного из них.

Этот бесчувственный лживый мажор не достоин этого.

Тяжело выдыхаю открытым ртом, потому что горло сковали тиски, и поднимаю взгляд на потолочную лепнину, чтобы не дать пролиться ни одной слезинке.

На секунду пересекаюсь со злым взглядом именинницы. Даже отсюда вижу, как побелели ее пальцы, которыми она стискивает изящную ножку фужера из муранского стекла.

– Местные куры ходят привести себя в порядок на второй этаж. Тебя проводить? –предлагает Сашка, который не видит, как ему взглядом уже три раза раскроили череп и вонзили нож в спину.

Бегло оглядев холл, я обнаруживаю ненавистную парочку возле стойки с закусками в компании той самой возрастной четы с кислыми постными минами. Дикаев стоит спиной к лестнице, и я соглашаюсь.

Саша ведет меня, интуитивно загораживая от Кира, и спасибо ему за это огромное.

Интересно, Дикаев и правда собирался провести со мной сегодня ночь? Или меня бы ждали отговорки? Или он бы насмешливо сообщил, что у него сегодня планы с другой девушкой?

От девчонок из общаги слышала, что последнее вполне имело место быть, а как я уже поняла, люди не меняются. Они только прикидываются другими, чтобы все сделать по-своему.

Сашка испаряется, оставив меня возле нужной двери, а я, зайдя в комнату для отдыха гостей, радуюсь, что сейчас здесь пусто.

Падаю на диванчик и закрываю лицо руками.

Около восьми можно будет свинтить. Надо постараться не пересечься с Дикаевым. Не уверена, что смогу удержать эмоции и сохранить лицо. Я не такая хорошая актриса, как Кир.

Как же паршиво. Особенно от осознания, что я во всем сама виновата. Не могу понять, как это произошло? На что я купилась?

Остается только надеяться, что Кир не трепло, и не будет хвастаться своей победой.

С отчимом надо поговорить.