Только ощущения.

Острая необходимость, чтобы поцелуй никогда не заканчивался.

И в ту секунду, когда мне кажется, что сейчас Дикаев перестанет меня целовать, я беру инициативу в свои руки. Запускаю пальцы в волосы, целую, исследую его рот и чувствую такой отклик, что все становится неважным.

То, что мы в тренерской, а за дверью куча людей, что у меня однозначно будут проблемы. Сейчас это пустяк.

Это что-то запредельное, запретное, такое просто не должно существовать. Разгон от тлеющего уголька до степного пожара в ветреную погоду. Скорость поражения ошеломляющая.

Разорвав поцелуй, мы тяжело дышим, уткнувшись друг в друга лбами.

Ошарашенный взгляд Дикаева говорит мне о том, что не только я, но и он не ожидал подобной реакции.

Нам нельзя целоваться. Каждый следующий поцелуй все сокрушительнее.

Легкое покашливание привлекает наше внимание, и мы оборачиваемся к двери, только там вовсе не тренер, возмущенный нашей наглостью.

Та самая Лина.

Она переводит свой взгляд с Дикаева на меня, и он полон пренебрежения.

– Милый, ты скоро? Я тебя жду.

Глава 16. Оля

Всю пару, на которую успеваю чудом, я сижу, как пыльным мешком из-за угла прибитая.

Была даже мысль прогулять впервые в жизни, но сейчас в свете предстоящего разговора с отчимом как никогда стоит заботиться о посещаемости. Прогулы вряд ли добавят мне очков и докажут ему, что я повзрослела и сама могу принимать решения.

Но весь материал лекции у меня влетает в одно ухо и вылетает из другого."

"Второй день мою реальность трясет, все катится куда-то не туда без моего на то участия.

Мыслями я все еще там, в тренерской, переживаю болезненное отрезвление после ядовитого опьянения.

Презрительный взгляд Лины на меня, будто на побирушку, довольствующуюся крохами с барского стола, понимание, что Дикаеву лишь бы галочку поставить, а потом он меня и не вспомнит, осознание того, что покоя после сегодняшнего мне не видать.

Все это жжет, не дает выбросить произошедшее из головы.

– Милый, ты скоро? Я тебя жду. Мы вчера недоговорили…

Милый? Это что за пошлятина? Так только жены в американских фильмах зовут своих мужей после пятнадцати лет брака.

Не отрывая от меня взгляда, Кир бросает Лине:

– Мне нужно одеться.

Ну надо же! Вспомнил!

– Хорошо, Кир, жду тебя возле машины, – благосклонно отвечает эта звезда.

Сердце еще не вошло в нормальный ритм, и я дышу тяжело. В висках стучит, и я понимаю, что лапы Дикаева, каким-то образом оказавшиеся под моей кофтой, все еще там, а мои пальцы запутались в волосах Кира.

Это ужасно.

Ужасно, что я ничего не контролирую, когда Дикаев меня целует.

И я не хотела и не хочу с ним больше целоваться! Ни при каких обстоятельствах!

Стряхивая руки Кира, я толкаю его в грудь со всей мочи, и, не ожидая от меня такой прыти, он, пошатнувшись, делает шаг в сторону.