— Аккуратней, сломаешь! — Ленир Ваол, наследный принц Долины Роз, отдернул руку, одну за другой стянул сенсорные перчатки и снял виртуальные очки, которыми тут же завладел Эн-Ферро.

— Неплохо, — прокомментировал он, проглядывая изображение на фальш-стеклах. — Трасса реальная?

— Реальней не бывает, — ответил эльф, разминая уставшие от управления невидимым каром пальцы. — Точная копия фианских Фестивальных Кругов.

— Неплохо. Вчера побил рекорд Лара. На четыре секунды.

— На симуляторе, — посчитал нужным уточнить Дэвигард. — Не считается.

— Почему не считается? — обиделся эльф. Он распустил растрепавшуюся золотистую косу, и теперь пытался заплести ее снова, пропустив стадию расчесывания. — Естественно, не как официальный рекорд, но между нами…

— И между вами не считается, — не стал щадить его Дэви. — Отец гонял по настоящей трассе, и каждая ошибка могла стоить ему жизни. А ты знал, что ничем не рискуешь, и раз пять вылетал за ограждения, пока не выжал нужное время. Думаешь, в реальной жизни тебе хватило бы куража срезать по внутреннему кругу?

— Не слушай его, Лен, — Рин дружески хлопнул худощавого, по-девичьи хрупкого Ленира по плечу, отчего у эльфа едва не подкосились ноги. — Зануда, он зануда и есть.

— В чем-то он, конечно, прав, — пробормотал эльмарец. — Не буду пока Лару говорить.

— А я бы сказал, — ободряюще улыбнулся Эн-Ферро. — Сумрак оценит, не сомневайся. Как, кстати, эта штука включается? Я бы тоже пару кругов сделал… О-у! Крошки с плакатом в фан-зоне совсем как живые.

— Введи свое имя, и они будут скандировать: «Вперед, Рин!», — посоветовал Дэвигард. — На полке еще одни очки и второй комплект джойстиков.

Эльф и кард одновременно повернулись к парню, заставив его смущенно потупиться.

— Гоняем иногда с отцом… И не такой уж я зануда!

В горах Пиана Дэви поселился три года назад. Пришел сюда однажды с отцом и просто влюбился. Влюбился в зеленые склоны, в озера, в быстрые холодные реки и густые леса, в синее небо и покрытые снегами вершины. Сначала жил в низине, снимал квартиру в городе, но та по-большему пустовала, пока хозяин пропадал в горах. Потом построил этот дом, разбил сад. Жилище обустроил по своему вкусу, просто и выдержано. Но когда к нему наведались первые гости, появились первые претензии. Кого-то не удовлетворяли циновки вместо мягких кресел. Кто-то не понимал, как можно обходиться без умывальника, каждый раз выходя к ручью. Кому-то недоставало любимой музыки, звучащей из колонок проигрывателя… Так появилась гостевая половина, куда хозяин, оставаясь один, почти не заглядывал.

Вот и теперь он оставил там Рина и Ленни и вернулся к себе.