Период ее творчества, когда она, выражая свои мысли, чувства, свое видение мира в художественном образе, в то же время хотела их спрятать, миновал. Казалось, наступила пора, когда не надо стыдиться быть индейцем. Элла подробно написала обо всех соучениках и напоследок о самой себе. Она тоже выдержала экзамен на бакалавра и собиралась поступить в высшую художественную школу, стипендия ей была уже предоставлена. Дальнейшие планы ей были еще не ясны, но она тоже была уверена, что никогда не забудет свой народ. Она восхищалась Квини, которая за последний год превзошла своих старших товарищей и создала лучшую работу класса: «Танец в ночи».
— Хорошо, если она это сделает, — заметил Джо и передал детей бабушке. — Иначе ты навешаешь слишком много светло-зеленых берез, пучеглазых бизонов и украшенных перьями индейцев.
— Джо, не издевайся над нашим старым Германом Хавком, у которого так много хлопот.
— И я же издеваюсь! Просто не могу этого оставить.
— Что же они поэтому лучшие индейцы?
— Нет. Но мы-то должны быть.
Молодые люди провели вечер под строгой режиссурой миссис Холленд. Танцы были не разрешены. Твист на выпускном вечере мог быть только в безнравственной художественной школе.
Еще до полуночи все люди и все автомобили исчезли, школьное здание притихло, готовое к новому учебному году, оно не увидит больше озлобленного мистера Тикока.
Отец Квини переехал в дом Кингов, чтобы во время предстоящего путешествия семьи взять на попечение ранчо.
У Кингов не было никаких иных мыслей, как только о большом родео.
Джо для такого мероприятия был не более чем малоизвестный аутсайдер. Он не принадлежал к тем любителям и профессионалам, которые весь сезон кочуют от родео к родео, чтобы выигрывать призы, зарабатывая себе на существование и даже больше: каждая победа — это квалификация для Калгари.
Джо привез с помощью своего автомобиля прицеп для скота, который недорого взял напрокат в Нью-Сити. Поставил его у начала боковой дороги.


















Комментарии
Добавить комментарий