Но контролировать до старости я ее не буду конечно, поэтому придется надеяться на ее благоразумие.

– Принесла завтрак, – говорит с улыбкой и входит внутрь. – Ты, как обычно, перед встречей с Егором Николаевичем не спал, не ел и страдал от боли в ноге, да?

Этот маленький любопытный нос совершенно не меняется с годами.

Киваю и целую дочь в висок, в очередной раз смиряясь с тем, что она стала уже очень взрослой.

– Ты же знаешь, что да.

– Садись ешь, – говорит она мне и ставит поднос на стол. – И я с тобой. Чтобы ты не один.

– Пацаны все на завтраке были? – спрашиваю у нее, хотя и сам знаю, что все, там Сергеевна контролирует.

– Я пока всех не выучила, но сделала хитрее: как в детском саду, пересчитала их, – хохочет она. – Все! А тебя нет. Чего ты так волнуешься? Выиграете и домой.

– Ага, – киваю. Не так все просто. – «Титан» сильный, а у меня вратарь не самый техничный. Горин сложные шайбы не тащит, а у основного травма, все, выпал. Я думал, хоть серию перед переходом доиграет, а он слег.

– А чего это ты так в Горина не веришь?

– А чего это ты так о нем печешься? – спрашиваю, прищуриваясь. – Что между вами, а?

Надежда на то, что бабник Горин не дотронется до моей дочери, потому что у нее есть голова на плечах, конечно, сильная штука, но мало ли! Лучше перестраховаться.

Если она у меня на груди из-за разбитого им сердца выть будет, я же не сдержусь и ноги ему вырву, вместо них – спички, так и будет ходить.

– Между нами все о-о-о-очень серьезно, пап, – говорит она, откусывая сырник, и хитро прищуривается. Вот врет же, засранка, а чего бесит тогда так?

– Диана, – рычу, – не надо так со мной шутить.

– А кто шутит? Между нами очень серьезный спор! Это поможет ему собраться, а команде – выиграть матч.

А еще смотри, как ты хорошо от своей прошлой темы отошел. Уже не так «Титан» волнует, да? – улыбается коварно.

– Когда речь идет о тебе и Горине, мне на «Титан» вообще плевать, веришь?

– Верю! – говорит весело, хватает еще один сырник и почему-то встает. Подходит, чмокает меня в щеку и говорит: – Ну, представляй тогда, что я замуж за него выхожу, а тебе на нашей свадьбе тост говорить.

Не успеваю ничего понять, как она хихикает и убегает, закрывая дверь, и только тогда до меня доходит. Вот же… Мышка!

О «Титане» я и правда не думаю, но картинки перед глазами, которые она поселила в мою голову, едва ли лучше моего придурошного братишки.

Вот взял на свою голову! Как лучше хотел. А в итоге что? Замуж она за Горина выйдет. Даже звучит пугающе.

– А галстук криво завязал, – говорит дочь, когда мы стоим у гостиницы и ждем наш автобус до ледового дворца. До игры два часа, пролетят они так быстро, что даже никто ничего не успеет понять. Дианка перевязывает мне галстук, а я вдруг понимаю, что ненавижу чертовы костюмы.