Подозреваю, ищет Витю, – если я ее украду, он меня грохнет?

– Определенно, – киваю и сдерживаю улыбку. От вида счастья этого засранца та самая травинка внутри моей души начинает шевелиться активнее!

– Хреново… А мне очень надо ее украсть.

– Попроси разрешения у него, – пожимаю плечами. – Он оценит это гораздо больше, чем если ты просто ее утянешь у него из-под носа.

– Да он не отпустит никогда в жизни.

– Скорее всего. Но просьбу оценит, понимаешь?

– Понимаю. Но мне нужна не его оценка, а разговор с ней. Он перебесится.

– Горин, я кого воспитывала вообще, а? – рычу на него.

 – Уважай ее родителей.

– Как тренера. А постарайся еще и как ее папу. Это очень важно, слышишь? Важнее, чем может казаться в двадцать лет, просто поверь мне.

Вздыхает. Но слова мои слышит, уже хорошо. Я вижу краем глаза, как к нам возвращается Витя, но Димка стоит к нему спиной и не видит.

Прости, племянник, это только ради тебя!

– О чем ты хочешь с ней поговорить? Возможно, если ты скажешь это Виктору, он поймет и отпустит вас погулять, – говорю я так, чтобы Громов услышал. Он тормозит сразу же, не показывая Диме своего присутствия. А я что? Личной жизни нет и вряд ли будет, так пусть хотя бы племянник будет счастлив.

Он заслужил. Дурик, конечно, но мальчик хороший.

– Никогда не отпустит, если скажу, – усмехается Дима и поднимает глаза к потолку. – Я втрескался в нее, прикинь? Первый раз в жизни по-настоящему так шибануло, что не могу даже на минуту о ней перестать думать. И хочется чего-то… не знаю. Рядом быть просто, за руку держать, обнимать. А она не хочет. Я заставлять ее не собираюсь, но признаться нормально хочется, чтобы знала просто, и…

– Горин, – говорит Витя, не дослушав до конца.

 – Иди домой, а?

– Да, Виктор Палыч, – поворачивается Дима, понимая, что тот все слышал. – Ну чем я вам так не угодил, а? Ну что мне еще сделать?

– Уймись, болезный, – спокойно говорит он, мне даже странно, что такая спокойная реакция. – Если Мышка пока не готова, то лучше молчи. Она у меня дама с характером, оттолкнет так, что назад даже в качестве подданного не примет. Смекаешь?

– Не особо, – признается Дима.

– Говорю, что не всегда женщине надо в лоб говорить, что влюбился. Зачастую, когда ответных чувств пока нет, это может оттолкнуть.

Гораздо логичнее молча любить и быть терпеливым.

– Или вы говорите это, чтобы я отвалил от вашей дочери, – щурится Дима, начиная психовать.

– Несмотря на то что я не в восторге от сложившейся ситуации, я говорю не для этого. Дельный совет даю, пользуйся.

Он молчит. Эмоциональный мальчик, ему нужно учиться сдерживаться, но он не умеет! Молчит и смотрит на Виктора, а потом шумно вздыхает и уходит в прихожую.

– Прогуляюсь, – ворчит, натягивая кроссовки. – Надо подышать.

– Остановись, я вас отвезу, – говорит Витя.