Он направился вперед, и огоньки свечей отразились на поверхности длинного блестящего стола, обращенного своей узкой стороной к двери. У дальнего конца свет блеснул на высокой серебряной чаше, по обе стороны которой лежали чьи-то безжизненные ладони. Бассетт вытянул вперед руку с канделябром.

– Взгляните сюда, инспектор Грегсон! – воскликнул он.

Человек, сидевший во главе стола, упал щекой на полированную поверхность, а его мертвые руки раскинулись возле чаши. Светлые волосы окунулись в лужицу крови и вина…

Мы поспешили к нему и тоже взглянули на древние панели, покрывающие стену.

Среди множества образцов трофейного оружия красовались два маленьких пустых металлических крючка, указывающих место, где висел исчезнувший кинжал.

– Откуда вы знаете, что это был именно кинжал? – спросил Грегсон.

Бассетт показал на едва заметную царапину на деревянной резьбе. Холмс одобрительно кивнул.

– Неплохо, сержант! – сказал он. – Но есть ли у вас другие доказательства, кроме царапины на стене?

– Да! Спросите дворецкого, Гиллингза! Это старый охотничий кинжал, он тут висел много лет.

А теперь взгляните на рану полковника Дэлси.

Несмотря на то что я давно уже привык видеть картины насильственной смерти, я все же отступил назад. Бассетт, осторожно взявшись за желтоватые волосы, поседевшие на висках, поднял голову убитого. Даже в смерти лицо мертвеца сохраняло орлиное выражение… с крупным красивым носом, с безжалостным изгибом губ… На горле же зияла страшная рана.

– Да, это кинжал, – сказал Холмс. – Но довольно странное направление удара, вы не находите? Похоже, его ударили снизу вверх.

Местный сыщик мрачно улыбнулся:

– Не так уж это и странно, мистер Холмс, если убийца напал на жертву, когда та поднимала тяжелую чашу, чтобы выпить. Полковник Дэлси должен был держать чашу обеими руками. И мы уже знаем, что они с сэром Реджинальдом пили здесь за успех лошади полковника в Леопардстоуне на будущей неделе.

Все мы взглянули на большую винную чашу, добрых двенадцати дюймов в высоту. Это было старинное серебро, богато украшенное чеканкой и драгоценными камнями; по краю шел ряд гранатов.

Чаша возвышалась среди темно-красных пятен и царапин, оставленных ногтями умирающего на поверхности стола… Я заметил, что на каждой из двух ручек чаши красовались серебряные фигурки-близнецы – маленькие совы.

– «Удача Лавингтонов», – с коротким смешком пояснил Бассетт. – Вы можете видеть этих же сов на фамильном гербе. Ну, полковнику Дэлси птички удачи не принесли. Кто-то зарезал его, едва он за них взялся.