Целью его, конечно же, было уничтожить механизм часов и тем самым обезвредить то, что могло оказаться бомбой.

– Но ведь от ударов тростью бомба могла взорваться и сама по себе, – попытался возразить я.

Холмс снова только пожал плечами.

– Будь это настоящая бомба, такая вероятность есть, согласен. Не забывайте, однако, о прочной металлической оболочке. Поэтому самопроизвольный взрыв представляется мне сомнительной возможностью. Но в любом случае речь идет об очень смелом джентльмене, на которого устроили настоящую охоту, и потому он наносил свои удары фактически вслепую. Ужасные воспоминания о смерти собственного отца и осведомленность, что такая же организация уготовила ему сходную участь, легко могли подвигнуть его на безрассудные поступки.

Было заметно, что Шерлоком Холмсом все еще владело беспокойство. Мне бросилось в глаза, что он не раз оглядывал пристальным взглядом мелькавшую мимо нас серую в ночи и пустынную местность.

– Все это я сумел заключить уже из нашей первой беседы с мисс Форсайт, – сказал он потом. – И для меня стало очевидно, что подложное письмо должно было сыграть роль наживки, чтобы заманить великого князя в Одессу, то есть прямо в руки злоумышленников. Однако, как я вам уже говорил, он почувствовал подвох. А потому направился… Куда же?

– В Англию, – продолжил я его мысль. – Более того, в Грокстон-Лоу-Холл, где, помимо прочего, он мог наслаждаться обществом привлекательной юной леди, которую я сейчас убедительно попросил бы перестать лить слезы и промокнуть глаза платком.

Между тем Холмса явно что-то продолжало раздражать.

– Могу только сказать, – продолжал он, – что, по моему мнению, именно в этом направлении следовало искать истину. С самого начала стало ясно, что такая знатная дама, как леди Майо, едва ли завязала бы оживленную беседу в купе железнодорожного вагона с молодым человеком, если бы они, как назвала это ни о чем не подозревавшая мисс Форсайт, не были давними знакомыми.

– Право же, я недооценила силу вашей проницательности, мистер Холмс, – сказала леди Майо не слишком довольным тоном, поглаживая руку Селии Форсайт. – Да, я знавала Алексея еще мальчишкой в матросском костюмчике в Санкт-Петербурге.

– Где, как я выяснил, ваш муж служил первым секретарем британского посольства. А вот в Одессе мне удалось установить еще один чрезвычайно интересный факт.

– Да? И какой же именно?

– Мне стало известно имя главного боевика нигилистов, человека безрассудно отважного и фанатично настроенного, которому уже довольно давно удалось весьма близко сойтись с великим князем.

– И тем не менее это правда.