Несколько мгновений ее острый и исключительно проницательный взгляд изучал нас.

– Прошу вас в мое ландо, – продолжала она затем. – Вы найдете в нем необходимое количество покрывал. Сожалею, что могу предложить вам в такую холодную ночь только открытый экипаж, но этим мы обязаны любви моего кучера к быстрой езде, – она указала на возницу, виновато поджавшего плечи, – в результате чего у крытой кареты сломалась ось. Едем в Холл, Биллингс! В этот раз я сама прошу вас поспешить!

Щелкнул кнут. С легким поскрипыванием задних колес ландо, ускоряя ход, понесло нас по узкой дороге, обрамленной с обеих сторон живыми изгородями из колючих кустарников и стволами уже сбросивших на зиму листву деревьев.

– Я, однако, не слишком зла на своего возницу, – сказала леди Майо. – Увы, мистер Холмс, мне уже очень много лет. В давние времена мы все обожали быструю езду, да и жили куда более стремительно.

– Но и умирали тоже, не так ли? – заметил мой друг. – Такой, например, смертью, что может грозить нынче ночью вашему молодому подопечному?

Конские подковы выбивали звон из покрытой льдом дороги.

– Мне кажется, мистер Холмс, – отозвалась негромко леди, – что мы с вами прекрасно понимаем друг друга.

– Я в этом нисколько не сомневаюсь, леди Майо. Но вы, однако же, не ответили на мой вопрос.

– Опасаться нечего, мистер Холмс. Сейчас он в полнейшей безопасности.

– Вы так в этом уверены?

– Да говорю же вам, что ему ничто не угрожает! Парк при Грокстон-Лоу-Холле непрерывно патрулируют, а сам дом – под надежной охраной. Они не смогут совершить на него нападение.

Чем было вызвано мое внезапное вмешательство в их разговор: чересчур быстрым движением экипажа, шумом ветра в ушах или самой по себе сводящей с ума загадочностью этого дела, – я сам себе не могу объяснить по сей день.

– Прошу простить мне прямоту старого солдата, который пока ничего не может понять в происходящем! – воскликнул я. – Но, как мне кажется, вы могли бы пожалеть несчастную юную леди, сидящую рядом с вами! Кто такой мистер Чарльз Хендон? Почему у него мания крушить часы? И по какой причине его жизни может угрожать опасность?

– Полноте, Уотсон! – отозвался Холмс не без доли раздражения в тоне. – Вы же сами не так давно поразили меня, перечислив признаки, которые делают мистера Чарльза Хендона, по вашему собственному выражению, совершенно не похожим на англичанина.

– Положим, что так, но почему это может нам помочь в решении стоящей перед нами задачи?

– Потому что тот, кого мы с вами называем «Чарльзом Хендоном» совершенно точно не англичанин.

– Не англичанин? – переспросила Селия Форсайт, протягивая к Холмсу руку.