Захотелось бросить все к чертям, свернуться клубочком и тихо заплакать. Да, можно сколько угодно бежать от себя самой и собственных чувств, но это побег в никуда. От себя не сбежать. Сердцу нельзя приказать замолкнуть, если оно начинает биться сильнее при мысли о… НЕМ.

Так какой смысл отрицать очевидное?

Легкое облачко пара взвилось над губами девушки. Она и не заметила, как в зале похолодало и потемнело. Поежившись, села и огляделась. Без окон трудно было определить время суток, но Варя решила, что это к ночи упала температура. Кристаллы, украшавшие потолок, рассеивали темноту, но недостаточно, чтобы видеть весь зал.

Завернувшись в одеяло, пленница подтянула колени к подбородку, обхватила их руками и замерла. Сердце щемило, хотелось плакать, но даже сейчас, когда на нее никто не смотрел, Варя упрямо сжимала зубы.

Кажется, она на некоторое время провалилась в сон, потому что очнулась от чувства опасности. По коже тут же пополз мороз. Варя замерла, затаила дыхание и, стараясь не выдать себя, прислушалась. Вокруг стояла абсолютная тишина, но в этой тишине явственно ощущалось чужое присутствие.

А потом она услышала дыхание. Тяжелое, мужское, слегка срывающееся, словно мужчина был чем-то взволнован. И в тот же миг ее головы коснулась чья-то рука. Чужие пальцы, чуть дрожа, зарылись в растрепанные волосы. Варя зажмурилась, надеясь, что в темноте незваный гость, кем бы он ни был, не видит ее лицо.

Дыхание приблизилось. Опалило щеку девушки знакомым запахом. Мята и анис… Оритейл! Кто же еще!

В одну секунду тяжелое мужское тело вдавило ее в перину. Невидимые в темноте руки сжали запястья, дернули вверх, приковывая к бронзовому изголовью. Сквозь тонкое одеяло Варя почувствовала, как алмазные пуговицы на камзоле принца впиваются в ее грудь. И тут же его длинные, мускулистые ноги обхватили ее бедра, стиснули, не давая пошевелиться, и обжигающе-холодные губы прижались к ее губам.

Замычав, Варя начала яростно мотать головой. Но дарг слишком крепко ее держал, его объятия сжали ее, как стальные тиски. Еще немного – и захрустят, ломаясь ребра.

– Что же ты, девочка, – пробормотал принц, пытаясь языком разжать ее зубы, – не сопротивляйся. Расслабься, тебе же самой будет приятно… Ты создана, чтобы принадлежать…

Всхлипнув, Варя забилась еще сильнее. Ошейник лишил ее магических сил, теперь она была обычной девчонкой, которую вот-вот изнасилуют.

Одеяло было сорвано нетерпеливым движением. Одна рука Оритейла поползла под подол, вторая дернула ворот сорочки. Его дракон взбесился от близости сумры, которую теперь не охраняло демоническое клеймо. И чем сильнее девушка билась под ним, тем яростнее он хотел ее подавить, подмять под себя, сделать покорной.