Поэтому я старалась не открывать форточку, особенно по ночам, когда просыпался зверский аппетит, отчего приходилось чуть ли не запирать холодильник на замок.

Я пожала плечами, наскоро сделала один бутерброд и хищно откусила. Остальные ингредиенты быстро отправила в холодильник. Что ж, Роман, дрессировка уже началась. Хочешь вкусняшку — выполняй приказы.

— Пошли, мой горячо любимый братик, постелю тебе на диване.

— Насколько горячо? — тут же оторвал он взгляд от моего бутерброда.

— Очень горячо, — прищурилась и зашаркала тапочками по полу в направлении зала.

Я слышала, как Роман сопит мне в спину, как ненавидит каждый мой шаг, и от этого получала огромное удовольствие. И в то же время сама раздражалась. Почему он идет так близко?

Бабник, ей-богу! Вот не удивлюсь, если узнаю, что он девушек до сегодняшнего дня менял как перчатки. Все же на такого человека очень просто налепить ярлыки. Я на миг даже представила Романа Ходорова всего в разноцветных бумажках с надписями: транжира, бабник, остолоп, лентяй, неумеха… Он выглядел будто новогодняя елка, только не мигал. Стало даже не смешно — грустно.

Достала из шкафа чистое постельное белье. Разложила. Взбила подушку. Перед тем как уйти, даже вручила боссу сестры пульт от телевизора. Пусть позабавится напоследок.

— Сомневаюсь, что ты быстро уснешь. Так хоть кино посмотришь.

— А ты? — его губы едва дернулись в ухмылке.

— А я пойду доделаю горох, приберусь за тобой, таким неумехой, и тоже пойду баиньки. Не скучай тут, — похлопала его по плечу, но не смогла далеко уйти, так как Роман схватил меня за запястье и дернул на себя.

— Сестренка, ты ничего не путаешь?

На моем языке вертелся тот же вопрос. И вот что удивительно — он совсем не дурак, вряд ли поверил в навешанную на его уши лапшу и все равно остался. Наверняка вел свою игру. Возможно, хотел разобраться в ситуации. Или же его позабавила простая девочка с тапочками-зайчиками? Я улыбнулась, чем привела его в замешательство. Вероятно, этому богатенькому сыночку надоела светская жизнь и поэтому захотел разнообразия, добавить перчинки, так сказать. Только не все девушки созданы для удовольствия.

Я мягко убрала его руку.

— Нет, даже не уговаривай. Меняться с тобой кроватями не буду. Я тебя, конечно, люблю, но не настолько, особенно учитывая твое поведение. Приехал без предупреждения. Свалился прямо на пороге. Знаешь, какой ты тяжелый? Я себе чуть спину не надорвала, пока тащила к дивану. Ром, прояви ко мне хоть каплю уважения.

— Сестренка, ты действуешь не тем путем, — наклонил он голову, остановившись в паре миллиметров от моего лица.

— Черт, горох! — резко выкрикнула я и, не встретив препятствий, бросилась на кухню.

А стоило подойти к плите, как недовольно покачала головой.