Пока французские кавалеристы разворачивались, уже понимая бессмысленность своей атаки, кирасиры неприятеля успели получить еще два залпа и потерять не менее трех сотен безвозвратных потерь. Штуцерники добавили сумятицы в рядах французской конницы, так бесславно теряющей в последние два дня своих лучших солдат. Французская кавалерия начала оттягиваться на исходные позиции, продолжая уменьшаться в числе.

Тем временем на правом фланге французы уже придвинулись к русским позициям, и там началась дуэльная стрельба линий, в которой русские явно уступали своему противнику. Русские пушки, которые также там находились, молчали.

Василий Аникитич Репнин, выехавший на самый сложный в данный момент участок – правый фланг, упал с коня, как только подскакал к артиллеристам. Командующий не успел отдать приказ на снятие маскировки с демидовских пушек, когда генерала скинуло с вороненного жеребца. Это была не пуля врага. Бессонная ночь, волнение боя, и генерал-фельдцейхмейстер, генерал-адъютант, руководитель Сухопутного шляхетского корпуса, умирал от инсульта, вселяя неразбериху и панику среди офицеров правого фланга русского воинства [Примерно в это время в реальной истории, но в Баварии, Василий Аникитич Репнин действительно пережил первый инсульт, после случился и второй – смертельный. Учитывая напряжение боя, он вряд ли пережил бы сражение].

- Первый Голштинский полк на правый фланг. Половину резервных пушек срочно туда же, - скомандовал Румянцев и уже не обращал внимания на исполнение приказа, знал, что его поручение будет выполнено полностью и быстро.

- В четыре линии, косым строем, под навесным обстрелом бомбами, - отдал следующее распоряжение генерал-поручик.

Вперед выдвигались вышколенные голштинские гренадеры. Всего три тысячи штыков, но они были самые организованные в дивизии Румянцева, умея перестраиваться на поле боя даже под обстрелом.

Французы увидели опасность косой атаки русских и конница неприятеля вновь, уже перегруппировавшись, устремилась в атаку.

- Вывести оставшиеся пушки резерва по пролеску и ударить по левому флангу неприятеля, после атака тремя волнами казаков, уланов и калмыков, с откатом на позиции, не дать кавалерии неприятеля свободно атаковать, изматывать их коней, - командовал Румянцев.

Петр Александрович уже отдал сигнал флажком, чтобы саперы подпаливали направленные фугасы. Французская конница в этот раз аккурат попадала в ловушку, начиненную поражающими элементами. Голштинские гренадеры выступали, в том числе, и в качестве приманки для конницы.