Что тебя удивляет в моем предложении? — выдает мне Ренат с убийственной жестокостью, не бросив в мою сторону ни единого взгляда.

Я замолкаю. Ответить на это мне нечего.

У дома красавчик высаживает меня так же молча. По-прежнему сосредоточенно смотря в лобовое. Я с секунду мешкаю. Думаю, стоит ли его напоследок поцеловать? Но, судя по напряженной фигуре, идея дерьмовая. Не оценит. Поэтому молча выскальзываю из машины и так же молча поднимаюсь в квартиру. Разбитая. Уставшая. Неудовлетворенная.

Завтра меня наверняка ждет неприятный разговор с мамой. Придется все ей объяснить.

Но сегодня я рада, что хотя бы до отца эта информация не дойд… Я ошиблась.

Стоит только открыть дверь — взгляд упирается в фигуру папы. И мне чуть не прилетает вторая за эту ночь пощечина. Только в этот раз, увы, не словесная, а вполне себе реальная.

Почти. Почти прилетает.

Отец, занося руку для удара, в последний момент тормозит себя. Я съеживаюсь от страха, ожидая удара, но он в бессилии сжимает свой внушительный кулак и, вместо моей щеки, припечатывает по стене в коридоре.

Однако это не отменяет того, что из моих глаз брызнули слезы.

От обиды. От жалости к себе и своей никчемной, бесполезной, никому не нужной жизни!

— Ты. Позор. Этой. Семьи! — рычит папа, добивая, словно того, что я уже и так рыдаю, ему мало. — Шатаешься ночами с незнакомыми мужиками, как последняя ш…

— Хватит! — вскрикиваю. — Это не так, и прекрасно это знаешь! Я просто устала жить в клетке и тисках! Я хочу свободы. Я хочу… — всхлип.

Я хватаю ртом воздух, оглушенная собственным решением, которое приходит неожиданно. Стиснув кулаки и сжав челюсти, выпрямляю спину, от души выплевывая родителям в лицо:

— Я больше не хочу жить с вами под одной крышей!

Домой возвращаюсь пребывая в состоянии легкого бешенства.

Так бывает, когда твои планы летят псу под хвост, а ты ничего не можешь с этим сделать. Только наблюдать.

Пока поднимаюсь в квартиру, кручу в голове на повторе это — «развлекаемся», брошенное ясноглазой. Завожусь еще сильнее. Не сдержавшись, бью со психу кулаком о стену. Бесит!

Развлекаемся! Мы просто, мать его, развлекаемся!

Даже себе не могу объяснить, почему ее ответ произвел на меня подобный эффект. Девчонка права.

Никто из нас ничего не обещал и в любви до гроба не клялся. Мы по-прежнему почти ни хрена друг о друге не знаем. Как еще назвать ночные встречи? Развлечением. Это если по фактам. А если подумать: для меня наши свидания уже давно стали чем-то серьезным. Новым и непонятным, но не на раз — это точно. Именно поэтому, видимо, так жестко выкосило от ответа Вики.

Да и я баран. Не сдержался. Язвить начал. Девчонка и так вся бледная и перепуганная выскочила из машины, а тут еще я — герой, блть! Всех собак спустил.