— Когда это случилось? — уточнил Стас.

— Где-то в мае 2003-го, но уже после праздников, а точнее не скажу, — подумав, ответила Татьяна.

— А браслет как она у тебя увела?

— Девок тогда всех скопом знакомые клиенты в сауну заказали. Знай я об этом заранее, браслет надевать не стала бы, дома оставила. До сих пор проклинаю себя, что тогда с ними поехала — попариться мне, дурище, захотелось. Только куда с браслетом в парную? Я его сняла и в сумку положила, а как собираться начали, смотрю, браслета нет.

На мужиков даже не подумала — не те люди, а вот из девок чуть душу не вытрясла, но ни одна не призналась. А это, оказывается, Светка была!

— В нем одного камня нет, ты потеряла?

— Нет, он ко мне таким уже попал. Мне этот браслет человек один подарил. Любили мы с ним друг друга. Очень любили. Только и он вам уже ничего не расскажет — убили его давно. Вот тогда-то друзья его в память о нем меня к делу и приставили.

— Что же ты на пустое место какой-нибудь камень не вставила?

— Да сказал он мне, чтобы я браслет особо не светила, — буркнула она, а потом неожиданно разозлилась: — Знаю я, что вы сейчас подумали — бандит он был.

Пусть так! Но я любила его и до сих пор забыть не могу! И помнить буду, пока жива.

— Татьяна! Это лирика, а я сюда по делу пришел, — поморщился Крячко. — Давай к Светке вернемся. У нее постоянные клиенты были?

— Да полно, — успокоившись, ответила она.

— Посмотри, вот такого среди них не было? — Он протянул ей фотографию мужчины.

— Ну, вы спросили! — хмыкнула она. — Сколько человек передо мной за эти годы прошло! Разве я могу всех запомнить?

Но снимок взяла и стала рассматривать. Тут у Стаса зазвонил сотовый — это оказался Пантелеич, который сказал:

— Гости к тебе, Василич.

Разговаривая с Татьяной, Крячко краем глаза наблюдал за охранником и видел, что по телефону тот никому не звонил, значит, оставалась…

— КТСку нажал? — ласково спросил он у охранника. — Да хозяин тебя за такое, самое малое, живым в асфальт закатает.

Ну и где эти доблестные блюстители закона?

Крячко достал из наплечной кобуры пистолет и демонстративно снял его с предохранителя, а потом положил на столик свое раскрытое служебное удостоверение. Тут и они появились, двое тех самых оборзевших сопляков, о которых говорил Пантелеич. Они, конечно, были на побегушках, основные деньги шли начальству, но и парни внакладе не оставались.