— Как ты там? Держишься?

— Ой, Лева! Тут такой шум поднялся — аж стены дрожат. Не дай бог, журналисты пронюхают! Не отмоемся, не отпишемся, не отбрешемся! — тоскливо произнес Петр.

Отключив телефон, Гуров обвел всех усталым взглядом и предупредил:

— Если еще кто-то попытается меня остановить, стреляю на звук.

Но разве могли эти понявшие, что грозу пронесет стороной, и поэтому разом оживившиеся мужики так просто отпустить своего спасителя, и Косарев радостно предложил:

— Лев Иванович! Может, с устатку по маленькой?

— Сопьюсь я тут с вами, — пробормотал он, с трудом поднимаясь.

 — Я лучше спать пойду. Да и вы не особо увлекайтесь, а подготовьте мне все документы, чтобы я их с собой забрать мог.

— Пойдем, Лев Иванович, я тебя провожу, — предложил Фомин.

Как оказалось, это было нелишним, потому что Гуров отправился к себе в автоматическом режиме. Когда он наконец добрался до своего временного жилья, то вынужден был все-таки поесть — Фомин с матерью его так уговаривали! А вот для душа у него сил уже не осталось. Да и как разделся и лег в постель, Гуров тоже не помнил.

А приехавший в Москву Крячко был полон сил и энергии, энтузиазм бил в нем ключом.

Подъехав к месту встречи в одном из переулков старой Москвы, где его возле отделения Сбербанка уже ждал Пантелеич, Стас усмехнулся:

— Странное место ты выбрал.

— Зато тебе потом далеко ходить не придется, — объяснил тот, сев к нему в машину, и показал на находившийся на другой стороне массажный салон.

Пантелеев, несмотря на солидный возраст, был все еще капитаном. Будучи человеком старой закваски, он многого в современной жизни, и в частности в работе полиции, не одобрял, чего не находил нужным скрывать, так что повышение ему не светило.

Но это его нимало не расстраивало — у обоих его сыновей был собственный бизнес, и своими заботами они отца с матерью не оставляли. Мечта у Пантелеева была только одна — дослужить до пенсии, а потом с внуками заниматься, а то у их отцов из-за вечной занятости до них руки не доходили.

— Ну, повествуй, — попросил Стас.

— Держи, — сказал Пантелеев, протягивая ему листки. — Пока ты ехал, я кое-что в архиве посмотрел и отксерокопировал.

Крячко начал читать: «Светлана Николаевна Суховей, 1980 года рождения, приехала покорять столицу из провинции, в частности, из Воронежской области в 1997 году…» Куда уж она там собиралась поступать, неизвестно, но, скорее всего, в театральный, потому что была довольно смазливая.

Ну а дальше история известная: в институт провалилась, возвращаться домой не захотела и, в конце концов, оказалась в проститутках.

— Мы ее три раза задерживали, — сказал Пантелеев, увидев, что Крячко все прочитал. — Ее землячка, которая давно уже путанила, Светку тоже в этот бизнес пристроила.