Пусть и временно и не в полной мере, но всё же.

С одной стороны, во мне говорил дух юношества, ведь даже несмотря на второй шанс, я прожил на самом деле не так и много. С другой же стороны, в своём мире я был всего этого лишён.

Да, общие тренировки с товарищами, совместная трапеза, радость победы — это всё хорошо, кто же спорит. Но на этом жизнь не заканчивается.

Мне дали второй шанс, и хотел взять от мира как можно больше. Впрочем, это ладно. У меня и другие причины были так поступить.

Во-вторых, это дать возможность больше проявить себя Тимофею и Анне.

С одной стороны, Тимофей был магом четвёртого круга, что для его возраста было очень хорошим результатом, и одного его для защиты хватало с головой. Попробуй ещё найди мага пятого круга или выше, который нигде особо не светился, и что согласится на такой серьёзный заказ.

Я уже молчу о том, что такой может оставить след и привести напрямую к самому заказчику. Уж что-что, а Львовы очень хорошо умеют делать две вещи: зарабатывать деньги и мстить. Причём мстили в моей новой семье с удовольствием и фантазией.

Впрочем, найти таких людей всё ещё можно, но не думаю, что кто-то в ближайшее время всерьёз захочет за меня взяться.

Не после такого провала, который до сих пор был на слуху. Разве что кто-то очень сильно желал бы моей смерти, но это очень маловероятно.

Эх, опять что-то я ушёл от темы.

Возвращаясь к Тимофею. Он был магом четвёртого круга, но я ещё во время сражения с контрабандистами понял, что у него чересчур воинственный нрав. Это бывает хорошо на поле сражения, когда нужно воодушевить бойцов, но в бою один на один гораздо чаще необходим холодный расчёт.

Да и в целом больше думать головой полезнее, чем поддаваться эмоциям — можно слишком многое упустить из виду.

Поэтому я приказал ему и бойцам разведывать дорогу. Это учило терпению, анализировать обстановку и умению обращать внимание на каждую мелочь. То, что, пожалуй, самое необходимое для командира.

Анна же, наоборот, казалась его полной противоположностью. Она расчётлива, терпелива и быстро адаптируется к ситуации. Только одна беда — ей как раз не хватало той самой воинственности. Хотя я видел, что она может её проявлять в определённые моменты, но это она демонстрировала слишком редко.

Говоря другими словами, она была немного замкнута и сковывала себя придуманным собой же правилами. Если тот же Тимофей был готов выгрызть себе победу зубами, то Анну заботила только моя безопасность и благополучие. А само развитие ставилось уже на второй план, что меня не очень-то радовало.

Возможно, это было из-за её «второго номера». Возможно, и из-за таинственного родственника, с которым у неё возник конфликт. Наверняка я сказать не мог.