Из-за ее спины показался топор, подобранный ею в задней части дома. Она заранее приготовилась выполнить свою долю ночной работы. Улыбка ее погасла. Она показала зубы.

— Башкан! — закричала она, и лицо ее исказилось в демонической гримасе.

А может быть, это она произнесла слово «башка», обозначая свою цель, подумал Мэтью, потому что, схватив рукоять обеими руками и ринувшись вперед, она обрушила топор ему на голову.

Он вскинул навстречу ларец. Лезвие топора врезалось в дерево, и ларец вместе с фонарем грохнулись на пол. Мэтью развернулся за каким-нибудь оружием из шкафа, но снова услышал свист опускающегося топора.

Он бросился влево, и лезвие впилось в шкаф. Пистолеты, ножи и остальные предметы смертоносной коллекции соскочили со своих крючков.

Не успел он выпрямиться, как она снова кинулась на него. Топор летел прямо ему в лицо. Мэтью отпрянул, и лезвие просвистело рядом, едва не лишив его носа. Прежде чем она успела занести топор для следующего удара, Мэтью потянулся к стопке мешков, схватил верхний и хлестнул ее по глазам. От второго удара мешком она пошатнулась, а Мэтью прыгнул вперед и, несмотря на то что она женщина, заехал ей кулаком в лоб.

Миссис Таак упала на бухту троса, но топор из рук не выпустила. Теперь Мэтью думал только о том, как бы выбраться отсюда — черт с ним, с ларцом и всем его содержимым. Однако не тут-то было: миссис Таак восстала с пола и, стиснув зубы и подняв топор, перегородила проход.

— Башкан! — крикнула она так громко, что могла бы проснуться вдова Форд. — Иди сюда!

Понимая, что ему конец, если тут появится Башкан, Мэтью наклонился за куском цепи, но дама снова ринулась в атаку. Топор сверкнул в свете фонаря.

Мэтью отдернул голову, и лезвие с глухим стуком врезалось в стену. Мэтью ухватился за топор, и они стали драться за него, кружа друг друга по подвалу, шатаясь и ударяясь о бочки. Все слилось в каком-то сумбурном, безумном кошмаре: миссис Таак пинала его по ногам, плевала в глаза и кусала за руки, а он пытался вырвать топор из ее железной хватки.

Внезапно она сильно толкнула его к стене. Потом ее колено взлетело вверх и ударило его прямо в пах. От боли у него перехватило дыхание, он почувствовал себя едва ли не калекой. Ноги у него подкосились, и он сполз по стене на пол.

Дама отступила назад, чтобы замахнуться и вышибить ему мозги, но пока она старалась принять положение поустойчивее, Мэтью успел чуть ли не на четвереньках отползти. Он оказался в коридоре, из которого вышел Башкан, и, отчаянно желая выиграть время и найти какое-нибудь оружие, со всех ног поковылял к освещаемой лампой комнате, откуда перед этим падали страшные тени.

— Башкан! — завопила она, надрывая горло.

Мэтью знал, что она и без Башкана от него не отстанет.