Я же от всей души врезал ему ногой по затылку. План сработал — Бирюк вырубился. А может, вовсе подох — в принципе, плакать не буду. Хотя вопросики к мужику, безусловно, остались.

Чертячья башка изнемогала, проткнутая мечом, который продолжал невозмутимо фигачить Костомолкой. Башка злобно вращала глазами, но вякнуть ничего не могла. Да и о чём с ней говорить, она только стебаться может. Не, человеку нужен человек. Но сначала…

Я тщательно обыскал помещение. Сдёрнул с алтаря накидку, посмотрел под ней. Ничего как будто… Стоп! Накидка!

Я внимательно осмотрел ткань и обнаружил филигранную вышивку по краю.

Присмотрелся — Знаки, Знаки, Знаки… Ясно, понятно.

Амулет Молния сумел выдать ещё один разряд. Что немаловажно, этот разряд сумел подпалить ткань. Та сперва тлела неохотно, потом вспыхнула. Ну вот, теперь, если я ничего не путаю, можно будет отсюда телепортироваться. А то ишь, понаставили ограничителей. Никаких гражданских свобод не осталось.

Подойдя к Бирюку, я быстро и эффективно его обшмонал. Нашёл пару амулетов, самых дешёвеньких, чуть ли не глиняных, а может, и глиняных. Разломал, не вчитываясь. Приличный охотник на такое дерьмо даже смотреть не станет.

Тем временем Бирюк застонал и открыл глаза. Перевернулся для начала набок, увидел меня и замер.

— Поболтаем? — улыбнулся я, сев рядом, со скрещенными ногами. — Первый вопрос сам угадаешь, или мне тратить время его задавать?

— Чтобы чёрта оживить, — пробасил Бирюк, угадав вопрос.

— Во, молодец. Приятный собеседник! А второй вопрос угадаешь? Он вытекает из первого.

Бирюк гневно посопел, но вновь проявил чудеса сообразительности:

— Чтобы он мне служил!

Бирюк нахмурил брови и поднялся, принял сидячее положение.

— Я ему жертвы приносил. Я его специальным колдовством обворожил! Был бы у меня свой чёрт, как только тулово бы отросло.

— Угу. Но тут пришёл я и всё испортил.

— Нет. Ты должен был сказать: «Не кори себя, Владимир, дело не в тебе, дело во мне!»

— Во мне? — Бирюк нешуточно озадачился.

— Конечно. Ты — тварь, оживляющая другую тварь. По-твоему, охотники никогда бы о твоих выкрутасах не узнали? — Я кивнул в сторону кучи высохших трупов.

— Я осторожно. Только в других деревнях народ похищал. На меня никто и подумать не мог.

— Троекурова знаешь?

— Ясно.

Как ты вообще дошёл-то до жизни такой? Как колдуном сделался?

— Вестимо, как. Когда мальчишкой был, мать меня прокляла. Сказала, мол, леший тебя понеси… Он и понёс. Сколько лет мы с ним мыкались — всё как во сне. Тут помню, а тут не помню… А потом как-то и говорит: хочешь, мол, силу получить, что тебя над всеми людьми поставит? Ну, а кто ж не хочет…

— Хороший вопрос. И нахрена конкретно тебе, Бирюк, такая сила, чтоб над всеми людьми стоять?

— Ну так… Чтобы над всеми людьми стоять! — расправил плечи Бирюк.