Тело ведьмы придавил ногой. Кисти с длинными кривыми когтями отшвырнул подальше. Голову поднял и держал в руках, вытянув перед собой — чтобы зелень не капала на одежду.

Голова бешено вращала глазами и истерила. Тело трепыхалось под моим сапогом, пытаясь вскочить.

— Что ж так орать-то, блин? А ну, всю историю — в деталях! Начиная со смерти тётушки. Это ты её ушатала?

— Ты ж-жив! — это, видимо, бесило ведьму больше всего.

— Угу, я заметил. А ты чего ждала? Думала, охотник моего ранга при виде тебя на спину опрокинется и лапки задерёт?

— Меня вс-се с-слушаютс-ся! Вс-се! Я вс-севлас-стна! Я могу с-стать императрицей!

— Без башки? Сомневаюсь.

Это тебе куда-нибудь в другую страну надо. Здесь, слава богу, хоть у верховной власти голова на месте. Повторяю вопрос: пошто тётушку извела?

— Она меш-шала! Не давала мне денег!

— Ай-яй-яй, как нехорошо. И ты стала ведьмой, правильно я понимаю? Тётушку грохнула, получила наследство, переехала в тёткин особняк, но этого показалось мало. Решила ещё и драгоценности из могилы подрезать. А на фига, кстати? На люди ведь в них не покажешься, тут же опознают. Продать хотела?

— Нет! Я с-стала бы императрицей и переехала в Петербург! Там никто не з-знает, чьи это драгоценности!

— Действительно.

Безупречный план. А Абрамов в него каким боком затесался?

— Я хотела с-стать градоначальником! Чтобы поехать в Петербург! Но меня не выберут, я ж-женщина. И я приз-звала огненного з-змея! Он ис-стребил Абрамова! С-стал вместо него.

— Ага. А подчинялся тебе. И когда же вы с этим «Абрамовым» в Петербург собирались?

— З-завтра! Но ты вс-сё ис-спортил!

— Это я могу, да. Сделал твари гадость — на душе радость. Причём, заметь, со всех сторон всё испортил.

Не успела ты змея оплакать, как я тётушкины драгоценности вернул законному владельцу. Была бы ты поумнее, так сразу после змея чесанула бы отсюда куда подальше. Но ты мало того, что спалилась, так ещё и драться со мной приволоклась.

— Отпус-сти меня! Я тебя убью!

— Н-да. Если ты и в бытность человеком так заманчиво соблазняла, неудивительно, что с личной жизнью не клеилось. Ладно, последний вопрос. Министра знаешь?

Ну, мало ли. Чем чёрт не шутит. Но — нет. Ни искры узнавания в бешено вылупленных глазах.

Я бросил ведьмачью башку на землю и пронзил мечом.

Шестнадцать родий. Слабовато, но ничего удивительного. В ведьмах дамочка, видимо, не так давно, жир нагулять не успела.

Захар отменил Защитный круг. Они с Неофитом подошли ко мне.

— Ой, — сказал Неофит.

Тело ведьмы сдулось на глазах. Вместо великолепных форм образовался скелет, обтянутый жёлтой пергаментной кожей.

— Вот так оно с ведьмами и бывает, — кивнул я. — С русалками тоже, если что. Имей в виду.

— Ну, с русалками-то — не со всеми, — вступился Захар.

— Исключения лишь подтверждают правило. Короче, Неофит.