— Подозреваю, они очень важны для одного из потенциальных наследников империи. Возможно, даже знакомы. Ещё и сопровождение у обоих по шесть человек.

— Важны… — задумчиво говорит Иван, но не успевает продолжить мысль.

Мы вместе оборачиваемся на единственное занятое купе.

Оттуда слышатся возгласы и брань. Затем до нас доносится звук глухих ударов и звон разбившегося стекла.

Я перевожу взгляд на Ивана, чтобы убедиться, что он понимает, что нам сейчас предстоит.

Раздаётся ещё один возглас, и вылетевший из купе адмирал шмякается на задницу уже в коридоре.

Не теряя больше ни мгновения, я хватаю трубку телефона внутренней связи. Вызываю охрану. Расчётное время прибытия — две минуты.

Оружия нет. Проводникам люксовых вагонов запрещено его носить. В сейфе лежит пара телескопических дубинок с наконечниками, пропитанными транквилизатором. Я оглядываюсь на напарника. Тот исчез в дверях нашего служебного купе. Значит, догадался и через мгновение уже будет тут с оружием.

Тем временем в коридоре адмирал вскакивает с пола, растягивает губы в зверской усмешке и залетает в своё купе обратно.

Опять возгласы, удары. Из купе лицом вниз вываливается тело богатейшего человека империи. Ещё мгновение, и его затаскивают назад.

Я просто охреневаю, когда в последнюю секунду замечаю на лице шмякнутого об пол Пестова такую же зверскую усмешку, какую до этого наблюдал у Жимина.

Напарник выбегает из купе с двумя дубинками и протягивает мне одну.

— Ну что там? — возбуждённо спрашивает он.

— Непонятно! Охрана скоро будет. Пошли, глянем.

— Но… как же инструкция? Мы должны дождаться охрану.

— Пошли, — командую я. — Я с этой стороны, а ты оббеги вагон и зайди с другой. Не высовывайся, чтобы тебя не заметили раньше времени. Я постараюсь отвлечь и выманить их в коридор, а ты вгони им снотворного.

— Хорошо, — кивает он и уносится прочь.

Не дожидаясь, пока напарник оббежит вагон, быстрым шагом направляюсь к злополучному купе. Возгласов из него больше не слышно, лишь глухой стук по стенам или мебели.

С опаской я заглядываю внутрь.

Там учинили полный разгром. Дорогущий и очень крепкий стол из массива дуба развалился надвое. Видно, кто-то из борющихся швырнул на него соперника.

Венецианское зеркало в полный рост расползлось трещинами. На нём красуется отметина от чьей-то головы, и застрял клочок волос. Всё забрызгано кровью. Даже на шикарном персидском ковре посреди обломков стульев и посуды виднеются бурые пятна.

Чуть в стороне двое сильных, крепких мужчин в порванной окровавленной одежде борются, пытаясь придушить друг друга. Всё с теми же безумными улыбками на лицах.

Да они приколисты, судя по всему.

Я спокойно постучался в открытую настежь дверь.