Монисто! Конечно же!

Я достала его и попыталась рассмотреть повнимательнее, время от времени поглядывая на дорогу. Обычная связка монет. Ну-ка, что здесь у нас… Пятьдесят центов с изображением Кеннеди, двадцатипятицентовик, двадцать песо, юбилейный четвертак с персиком штата Джорджия – ух ты, какая редкость! Жетончик от аттракционов в торговом центре с изображением лошадки, китайская монетка с квадратным отверстием в центре – где он вообще ее раздобыл? Миниатюрный, размером с железный доллар, диск с надписью Axe Grinder III – видео-игра, что ли? Шероховатый кругляш с петлей посередине, в которую пропущен шнурок.

На следующей монете надпись: Republica NG Pilipinas – Филиппины? Треугольный амулет с выгравированным иероглифом. Грош, настолько истертый, что невозможно определить, какой рисунок на нем был первоначально. Бронзовый квадратный талисман с руной, пятицентовик с Джефферсоном…

Я убрала ожерелье на место. Можно целую ночь на него таращиться, стараясь угадать наживку для рив, или просто спросить Джули – наш непревзойденный живой сканер, какую из монеток она считает странной. Если, конечно, я права.

Никаких защитных чар на монисто я не почувствовала.

Возможно, Рэд нашел нечто принадлежащее пастырю – амулет, волшебную побрякушку… Или, скорее всего, украл ее и подвесил на шнурок. Увы, безделушка испускала магические эманации, и ее обладатель мгновенно становился магнитом для рив. Если я права, Рэд догадался, что твари идут по его следу, и вручил ожерелье Джули. И он знал, что ривы явятся за собственностью хозяина. Вручая ожерелье, он вовсе не желал защитить подругу, он хотел отвлечь внимание от себя, направить фоморов на новую цель. Пусть он еще совсем мальчишка, поступил все равно паршиво.

Добравшись до дома, я разозлилась настолько, что готова была всыпать ему по первое число. Рэд – настоящая проблема. Джули любит его вопреки всему, а он ее использует, как хочет.

Я привязала вожжи к металлическому столбику в ряду таких же, специально для этого предназначенных. С Рэдом явно что-то не так. И я понимала почему: брошенный на произвол судьбы, он выживал в одиночку, голодал, над ним издевались. Однако я знала людей, выросших на улице, и при этом они уважали моральные принципы.

У Рэда же мораль одна: расшибайся в лепешку только для себя.

Взбежав на три лестничных пролета, я уткнулась в мощную дверь. Ключей у меня не было. Пришлось снова спускаться на первый этаж.

Я постучала к управляющему:

Мистер Патель – самый лучший управляющий, какого я встречала в жизни. И самый медлительный!

Кожа у него была коричневая, оттенка грецкого ореха, а глаза большие, с тяжелыми веками. Он всегда двигался лениво и величественно, наверное, чувство собственного достоинства мешало ему пошевеливаться быстрее.