Если не смотреть ему в глаза – они всегда его выдавали. Глаза альфы, убийцы и защитника, для которого жизнь члена Стаи – все, а жизнь чужака – ничто. В данный момент он не пронзал меня взглядом, просто наблюдал, но я не заблуждалась: уже знала, насколько быстро его взор вспыхивает смертоносным золотом. И видела, что происходит в подобных случаях. Под началом Кэррана находилось более пятисот оборотней. Полтысячи душ, разрывающихся между зверем и человеком. Каждый из них – прирожденный убийца, ждущий своего часа. Волки, гиены, крысы, кошки, медведи…

Их объединяли только две вещи: стремление сохранить человечность и верность Стае.

А Стаей был как раз Кэрран. Они боготворили землю, по которой он ходил.

– Вот в чем секрет! – заявил Царь Зверей.

Ложка застыла на полпути ко рту. Началось. Он наконец выяснил, кто я, и решил покуражиться.

– Что с тобой? – удивился Кэрран. – Немного побледнела…

В любую минуту он мог перестать притворяться и разорвать меня в лоскуты. Если повезет.

– Способ заткнуть тебе рот. Избить до полусмерти, а потом накормить куриным супчиком, и вот… – он воздел руки, – благословенная тишина.

Я вернулась к еде. Ха-ха, очень смешно.

– А ты о чем подумала?

– Понятия не имею, – промямлила я. – Пути Царя Зверей неисповедимы для скромной наемницы.

– Нашлась скромница.

По крайней мере, обращался он со мной так, словно я была здорова и способна защищаться, а не валялась в постели, поедая бульон. Кстати о последнем…

Я отставила миску в сторону и нетерпеливо воззрилась на поднос. Я не наелась. В процессе исцеления мое тело ускоренно сжигало питательные вещества, и я изнемогала от голода.

Кэрран взял добавку и подал мне.

Я потянулась за ней, он коснулся меня пальцами и немного помедлил. На серой радужке заплясали золотистые искры, губы разомкнулись, обнажив полоску зубов.

Я схватила суп и отодвинулась подальше. Кэрран улыбнулся уголком рта – я его определенно развлекала. Как представитель ордена, я рассчитывала на другую реакцию.

– Почему ты меня спас?

– Я снял трубку, услышал, как в истерике бился ребенок. Она прорыдала, мол, ты умираешь, она осталась одна, и за ней идет нежить. И я подумал, что скучный вечер может закончиться весьма любопытно.

Чушь собачья.

Он пришел из-за Джули. Среди оборотней чудовищно высока детская смертность: половина младенцев рождаются мертвыми, еще четверть убивают в пубертате, потому они становятся люпусами. Как и его собратья, Кэрран дорожил детьми и ненавидел вампиров. Возможно, он надеялся на двойную выгоду: спасти малышку и насолить Племени.

– Откуда Джули узнала номер?

– Думаю, нажала кнопку «Повторный вызов». Умная девочка. А теперь рассказывай, во что ввязалась.

Он не спрашивал, но я сделала вид, что все было именно так.