Линия не подала признаков жизни.

– Де-е-евочка… Хочу, хочу, да-а-ай…

– Держишься? – спросила я у малышки.

И вдруг магия отключилась. Я забрала у Джули саблю и снова схватилась за телефон – ничего.

Да пропади все пропадом!

Волосы твари безжизненно повисли. Она вцепилась в решетку, чтобы не свалиться вниз. Получай! Техноприлив тебе в глотку, паршивка, обойдешься без щупальцев.

Гадина уперлась ногами в стену и тряхнула прутья. Мучительно заскрежетав, те прогнулись. Джули бросилась в спальню. Зря – не время прятаться. Первое правило телохранителя: всегда знать, где, собственно, охраняемый объект.

Монстр снова принялся тянуть прутья в стороны, и они поддались. Я отправилась на кухню. Вот разберусь с новыми оконными декорациями и вытащу из-под кровати Джули.

Но та примчалась сама, вооружившись ножом. Руки у нее дрожали, клинок выплясывал бешеный танец.

Закусив губу, малышка встала у меня за спиной.

Девочку ты не получишь, ни сегодня, ни когда-либо еще.

Бум-м! Что-то глухо ударило в дверь.

– Спокойно. Дверь крепкая.

По крайней мере, есть пара минут. Я убрала с дороги стул, расчищая пространство для маневра.

Оконная гадина лизнула воздух языком, пробуя его на вкус, словно змея, и сунула голову в решетку.

Я запрыгнула на стол и рубанула ей голову классическим ударом палача. Башка с глухим звуком шмякнулась на стол, отскочила и покатилась к выходу. Тело осталось торчать между прутьями. С обрубка шеи закапала бурая жижа. По квартире распространилась маслянистая вонь гниющей рыбы и затхлой морской воды. Подняв голову за волосы, я воткнула кончик «Погибели» ей в щеку. Плоть под воздействием магии клинка начала плавиться. Пошла реакция – правда, не столь очевидная, как у вампира.

Лезвие выпустило тонкие усики дыма. Джули права! Тварь определенно являлась нежитью, но не упырем, – похоже, умерла она лишь отчасти. Разве такое возможно?

Дверь треснула, плеснув щепками на ковер. Я отшвырнула голову, схватила малышку за плечо и оттолкнула ее влево. На пол упал последний кусок дерева. В квартиру вошел близнец твари, которую я только что укоротила. Создание до лодыжек укрывали черные волосы. Вдруг вновь нахлынула магия. Монстр опередил вспыхнувшее заклинание на пару секунд.

Жизнь так несправедлива.

По прядям твари заструилось серебристое пламя. Блестящие пряди задрожали, вытянулись…

Я перехватила рукоять «Погибели» поудобнее.

Пряди поползли к двери ванной. Они медленно разошлись, обнажая переливающуюся, подобно светочу, плоть. Она неясно мерцала, неуловимо, но гипнотически, как болотные огоньки, как русалка, мелькающая в волнах.

Чудище вытянуло руки. Сияние зыбью стекло вниз по ее ногам, обернувшись призрачным подобием рыбьего хвоста.

– Девочка? – пропела она.