Я хотела задать следующий вопрос, но тут раздался скрежет, разъехались двери лифта, из него вышла седая женщина, одетая, несмотря на теплую погоду, в пальто, шапку и сапоги. Моя собеседница неожиданно резко вскочила, бросилась к жиличке, бесцеремонно впихнула ее назад в кабину и быстро заговорила:

– Ох, Валентина Ивановна, спуститесь минуточек через пять. Ступеньки перед подъездом чинили, грязь там по колено, но уже убирают. Не дай бог запачкаетесь, не отчиститесь, цементная пыль въедливая, испортите обувь.

– Спасибо, Нина Петровна, – прошелестела незнакомка.

 – Можете мне позвонить, когда порядок наведут?

– Конечно, – заверила консьержка, – не сомневайтесь, как только, так сразу. Давайте кнопочку нажму…

Створки лифта стали медленно сдвигаться, бабуля успела выдернуть руку. Кабина со скрипом поползла вверх.

– Фу… – выдохнула баба Нина. – Валентина после похорон Сергея на улицу редко выглядывает, за продуктами меня просит сходить. Она только на кладбище ездит. Каждую неделю в четверг на погост рулит, остальные дни дома безвылазно сидит. А сегодня неожиданно выползла, словно ей черт про твой приезд подсказал.

Валя бы в обморок упала, увидев Людмилу… то есть тебя. Ну-ка, пошли!

Консьержка схватила меня за руку, завела за лифт, я увидела дверь с номером один. Нина Петровна, отперев ее, приказала:

– Входи, туфли снимай, садись на кухне, я скоро приду.

Я вошла в прихожую, и консьержка быстро захлопнула створку. До моего слуха долетел характерный звук – хозяйка заперла замок.

Вернулась баба Нина минут через десять.

– Спасибо, нет, – отказалась я. – Пришла, чтобы поговорить с Людмилой. Не знаете, где она сейчас живет?

– Понятия не имею и иметь не хочу, – нахмурилась старушка.

 – Зачем тебе эта пакостница?

– Несколько лет назад я лишилась паспорта, его украли в магазине, – честно ответила я. – Документ непонятным образом попал к Людмиле, она выдает себя за меня, называется Степанидой Козловой. К моей бабушке уже приходила полиция, напугала Изабеллу Константиновну.

Нина Петровна, наливавшая в этот момент в чайник воду из фильтра, замерла. А потом разразилась потоком восклицаний:

– Ах ты господи! Вот ведь я старая квашня, совсем память потеряла! Мне бы сразу сообразить, отчего ты близняшкой Людмилы смотришься! Ты ведь внучка Беллы!

– Вы знаете мою бабушку? – удивилась я.

 – Откуда?

Баба Нина включила чайник.

– Деточка, не нервничай, сейчас все растолкую. Изабелла сюда приехала после того, как Людмила ее обокрала – утащила у нее то ли часы, то ли кольцо, то ли серьги. Забыла я, какая вещь пропала, но точно помню, что дорогая и памятная для хозяйки, вроде покойным мужем подаренная.

– Браслет! – подпрыгнула я.