Запах от варева шел вкусный, недаром консервный заводик гнома Халли, что из рода Дарри Рыжего, на всю округу славился.

Я отхлебнул колодезной воды, набранной в большую баклагу, крякнул. Хороша здесь вода, сама свежесть, и ледяная как дыхание хримтурсов. Ну, жить можно, а уж переночевать и подавно.

Отложил «вампирку» на свой рюкзак, взялся за СВТК. На башне на посту сидеть двустволка не нужна, там только с винтовкой. Да и стрелять вообще избегать следует до крайних случаев, разве если только армия упырей на штурм укрепления пойдет. А так … что толку? Поголовье нечисти уменьшить не получится, дорогие патроны потратишь, да и нашумишь.

А мало ли, кого звук стрельбы приманит? Поэтому обязанность часового башкой крутить да не спать, а не палить сверху во что попало.

Посидели, поболтали, Маша еще сторожок поставила на ворота. Я из рюкзака достал амулет от комаров и летающей дряни, активировал щелчком да на шею повесил. А то налетят сейчас на свет… Потом все понемногу спать пристроились, к огню поближе. Ночи в предгорьях пока прохладные. Завалился к Маше под бок, обнял ее, да и уснул почти мгновенно. И как ни странно – никаких волнений относительно того, что нас завтра ждет.

Даже не задумался об этом ни разу за сегодня.

Разбудил меня Балин, тронув за плечо. Дождался, как я открою глаза, шепнул:

– Давай на башню, твоя смена.

– Ага, иду! – сказал я, откидывая полог спальника.

«Собачью вахту» я всегда себе оставляю. Почему? А чтобы винить потом некого было, если проспим нападение.

Балин сделал неопределенный жест рукой, сказал:

– Демоны его ведают. Шляется кто-то в темноте, пару раз к убежищу подбирался. Но в окна-двери не лез, вот и я шуметь не стал. Кони храпели, но не бесились.

– Ну и правильно сделал – кивнул я, схватил стоящий у стены карабин и полез по лестнице наверх.

Если кони храпели, но в стойлах не бились, значит тварь была вредная, но угрозы на тот момент не представляла. Кони здесь ученые, не хуже собак караульных все чуют. У любого зверья нюх на нечисть куда лучше чем у людей.

В углу огороженного пространства башни стоял увесистый деревянный чурбак, на который можно было сесть, но эту мысль я сразу отмел. Разоспался, пригрелся под боком у Маши, теперь меня еще и усади поудобней – усну в момент.

Несколько раз развел резко руки в стороны, налил на ладонь ледяной колодезной воды из баклаги, плеснул в лицо. Хорошо. И ветерком потянуло по мокрой коже, быстро ее высушивая.

Подошел к ограждению, оперся локтями на высокую, по грудь, каменную стенку. Вокруг темно, рассвет еще и не напоминал о себе, до него часа полтора. Но сейчас полнолуние, света хватает, можно и поглазеть вокруг. Да и звезд столько, да таких ярких, что они сами по себе землю освещать способны.

Почувствовал, как по мне взгляд мазнул.