Вот, чтобы и дальше процветать, завели они здесь немалый запас еды, которой мы и воспользовались, после того, как Маша ее проверила на яды и проклятия.

Ночь прошла спокойно, в зале горел очаг, строжки, которые расставила Маша, никаких сигналов не подавали. Думаю, что причиной тому было вампирское гнездо, которое процветало в этой усадьбе до нашего визита. Вампир ведь чем уникален – он и нежить одновременно, потому что мертвец живой, и нечисть, потому что человеческое естество заменено демоном. И именно вампиров не трогает ни одна тварь, потому что даже обычным монстрам, которыми все равно, кого рвать, не гниющая лишь в силу действия магии мертвая плоть не по вкусу.

Кстати, во многих местах вампиров считали чуть ли не повелителями всей нечисти и нежити, да только это болтовня глупая. Просто они везде за своих.

Встали мы перед самым рассветом. Освобожденные рабы-друэгары не обманули, собрав нам и оседлав к утру десять невысоких крепких коней, вроде степных – пять под седло, и пять заводных, а заодно и под вьюки. А заодно и себе выделили гужевой транспорт из бывших хозяйских запасов. И вооружились они неплохо, подобрав оружие с убитых.

Местные вампиры огнестрелом не брезговали, понимали, что прогресс штука такая… объективная..

Попрощались они с нами низкими поклонами, да и поехали втроем на трех конях да с шестью мулами, на Север, в сторону обжитых земель. А мы по той же дороге направились на юг, вытянувшись в кавалькаду.

Вспомнилась драгунская бытность моя, хоть с тех пор с конями дела почти и не имел. Конек попался одновременно резвый и спокойный, да еще и иноходец, хазарской породы, отчего в седле не трясет, а лишь плавно покачивает из стороны в сторону.

Этим харазские кони и знамениты, неутомимы и всадника берегут. С умом подбирали коней в вампирской усадьбе.

Иного хода, кроме как конному, тут и не было. Дорога вилась среди некрутых, поросших густым лесом гор, точнее – юго-западных предгорий Лесного хребта, в распадках между которыми текли реки, а подчас скрывались Дурные болота, заметные по странно клубящемуся, почти живому туману над ними.

Противоестественный ландшафт, игра и шутка Пересекшихся Сфер, нигде такого больше нет, чтобы чередовались холмы с болотами. Дорога в ширину была достаточной, чтобы трем конным разъехаться, засыпанная то побуревшей хвоей, то сухими листьями.

Стук копыт почти полностью гасился, но тихо не было. Птицы старались перепеть друг друга, стрекотали сверчки, почувствовавшие уже летнюю жару и радующиеся солнцу, журчали ручьи, пробиваясь через заросшие зеленью низины, плескаясь маленькими водопадами. Время от времени видели мы горных кроликов, которые нас совершенно не боялись, из чего я сделал резонный вывод, что люди на них тут не охотятся. А значит, люди бывают редко.