А косточки, если они и остались, никто не опознает.

У полицейских, конечно же, нет ни одного шанса поймать его, но, по крайней мере, теперь они уже о нем знают. Это обстоятельство будоражило кровь, добавляло стимул к дальнейшим действиям. Приятно, когда тебя ценят. Разница та же, что и между двумя актерами, один из которых играет перед пустым залом, а другой — во время аншлага, когда восхищенная публика стоит даже в проходах. Именно поэтому Кэрол питал такую любовь к мелочам, зная, что это показатель его интеллекта, изобретательности и совершенства. Полиция, проклиная его, одновременно восхищается им.

Приятно сознавать, что противник уважает тебя и твой талант.

Он долго искал очередного хама, на котором можно было бы провести эксперимент, но когда ожидание затянулось, это стало уже раздражать. Впрочем, Джейнз считал себя терпеливым человеком. Чему быть, того не миновать. А торопить события — глупо, ибо тогда он снова не сможет достичь кульминации. Честное слово, не станет же он сам себя обкрадывать? А пока Кэрол довольствовался шумихой в прессе. Любому человеку приятно прочитать о себе в газете, любому человеку приятно, когда все только о нем и говорят.

Даже Анетта на работе все уши ему про это прожужжала. Все рассказывала, какие хитроумные меры безопасности она приняла, как будто он только о том и мечтал, чтобы повеселиться с ней, маленькой свинюшкой. Но на словах он выражал ей свое сочувствие, тем самым подкрепляя ее страхи и заставляя идти на еще более нелепые «меры предосторожности». Кэрола это забавляло. Анетта с некоторых пор боялась даже до машины дойти одна. Идиотка! Можно подумать, он хоть раз нападал на этих сучек прямо на улице среди бела дня! «Господи, какая скучная проза, — думал он, одновременно умиляясь собственной хитростью, — а ведь сюрприз ожидает их дома, где они чувствуют себя в безопасности».

В среду, когда Анетта ушла на обед, к его конторке подлетела высокая полногрудая брюнетка с искаженным от гнева лицом.

— С кем я могу поговорить о качестве обслуживания в этом магазине? — требовательным голосом начала она.

Джейнз вежливо улыбнулся.

— Чем могу быть полезен, мэм?

Проблема, как оказалось, заключалась в том, что в обеденный перерыв эта дама заскочила в магазин, чтобы обменять блузку, и пятнадцать минут простояла в зале одна, никто к ней так и не подошел.

Во-первых, ее до сих пор не обслужили, во-вторых, из-за этой проклятой задержки у нее теперь уже нет времени поесть.

Она все разорялась, пылая яростью, а Джейнз вежливо смотрел на нее и чувствовал, как подкатывает сладкое предвкушение наказания. Впрочем, он себя тщательно контролировал.

— Я позвоню в отдел одежды и позабочусь о том, чтобы вас обслужили немедленно, — проговорил он. — Простите, как ваше имя?..