И что случится с семьей Ахлакова, если что-то пойдет не так. Анзор скрипел зубами от злости, но не перечил. Понимал, что ситуация складывается не в его пользу. Это не тот случай, чтобы «рисковать ради малолетнего ублюдка». Нет, это не мое выражение. Это слова одного нашего общего знакомого, который любил развлекаться с детьми. Отчего и умер. И этот дряхлый старик, лежащий на кровати, знает, кто убил его приятеля. Да, это был тот самый торговец из Демидовска, которого я посадил на кол.

Мы с Полем ушли на юг. Валяться в гроте, рядом с поселком, не было необходимости.

Дорога здесь одна, и если старик решит уехать, то мы все равно увидим. Сомневаюсь, что он решится на побег. Зачем бегать, если тебе отдадут двести тысяч экю? Вот именно, что незачем. Поль буркнул, что можно было взять старика в заложники и таким образом сохранить деньги. Буркнул и замолчал, сообразив, что идея плохая. Я уже объяснял вам, чем мы рискуем, если попытаемся это сделать.

Неподалеку, километрах в пяти от поселка, мы нашли новое место. Хорошее место. Предгорье. Метрах в ста от расщелины, где мы обустроили лежбище, проходит дорога, ведущая в Джохарт-юрт.

Здесь она поворачивает на юго-восток, огибая горный хребет. Машины идут осторожно, снижая скорость: по левую сторону от дороги – приличный обрыв. Высотой около пятидесяти метров, если не больше. Внизу, поблескивая на перекатах, бегут воды мелкой горной реки. Кстати, это единственная дорога, ведущая к аулу Арч-Корт.

Не скажу, что эта трасса очень оживленная, но пару раз в день машины здесь проезжают. Местные жители катаются. Чаще всего небольшими группами.

На следующий день, ближе к полудню, когда я уже сменился с наблюдательного поста, Поль подал мне знак. Он увидел что-то интересное и теперь внимательно наблюдал за подножием горного склона, лежащим по ту сторону реки.

– Вижу людей, – сказал Нардин. – Судя по тому, как двигаются, это чужие. И они с грузом. Несут раненого.

– Это остатки тех, кто напал на Ахлакова, – предположил я. – Видимо, где-то отсиделись, переждали прочесывание района и теперь уходят. Что делают?

– Остановились, – сообщил Поль, – что-то с раненым не так.

Видимо, подох.

– Сейчас завалят камнями и пойдут дальше, – кивнул я и, откинувшись на рюкзак, закрыл глаза. Полусырая одежда и пеммикан на обед не улучшили моего настроения. Я лениво жевал мясную смесь и думал о каких-то пустяках.

Через полчаса группа двинулась в сторону побережья. Поль оказался прав – их раненый умер, и его похоронили у гранитной стены. Заложили тело обломками камней и ушли.

– Слушай… – начал Нардин и затих.

– Эта могила здесь очень кстати образовалась.