Бежать уже не получится. Значит, будем действовать по-другому.

Я им рассказал правильную версию. Володя… Он не в кусе, откуда я его вытащил, и это хорошо. Рассадили нас по разным машинам, видимо, чтобы мы не общались. Меня втолкнули на заднее сиденье, по бокам прижимали два тела, один сел напротив и наставил оружие на мое лицо.

Что ж, придется немного потерпеть перед тем, как они решат, что ошиблись. Если, конечно, у них хватит мозгов. Машина понеслась по дороге. Мысленно складывал картину в целом. Есть маг или… Он, может быть, как я, измененный? Скорее всего, против Российской империи, твари его слушаются.

Поэтому их почти не было за стеной, он собрал в каком-то месте.

Для нападения! Чего ждет? Зачем мне показал, и правда, почему позволил уйти? Странно это все. Машина остановилась, и мягкими тычками в бок меня попросили выйти. Еще одно жилое здание. Около входа намного больше военных, чем там, куда мы ездили с капитаном.

Зачем-то выкрутили руки и на полусогнутых повели внутрь. Мы не поднимались, а наоборот, спустились в подвал. Сыро и воняло плесенью. Проследовали по коридору, звуков не слышу.

Открылась металлическая дверь, и мы зашли.

— Ух ты! — вырвалось у меня.

Кресло. Но не для комфортного сидения в нем, а для пыток. Усадили, привязали руки, ноги, голову, даже пальцы, каждый отдельно. Для создания обстановки еще и кляп в рот засунули.

Противно было, тряпка-то грязная и неизвестно где вообще до этого была. По горькому вкусу во рту понял, что пропитана каким-то зельем. Неизвестная магия уже потекла по жилам.

— Выходим! — сказал один из военных остальным.

Мои новые знакомые удалились.

Идиоты… То, чем пропитали тряпку, сделано из железы монстров. Это я понял, когда мой отросток зашевелился. Плохо, ему нельзя кушать «каку». Руки стали чесаться. Твою мать, долго мы не поговорим, если я немного изменюсь!

Тогда все будет указывать, что я тварь, которая сговорилась с врагом. Насчет моих бравых ребят — уверен в них, расколются еще до момента пыток. Володя скреплен моим голосом бога, лишнего не сболтнет. Дима много и не знает.

Девушки… Надеюсь, с ними будут помягче. А то я могу правда разозлиться. Сука, Майорову по-любому не схватили, а мои дурочки, которые сидели в части, в чем-то виноваты… Трутень, теперь я…

Дверь открылась, в камеру зашел старичок.

Худощавый, сутулый. Еле передвигался, волосики жиденькие. Лицо — одна сплошная морщина. За ним следовали те, кто меня доставил — несли стол и еще какую-то сумку.

Все установили рядом. Дедушка слабеньким голоском поблагодарил хлопчиков и попросил их удалиться. Из сумки на стол достал сверток и аккуратно развернул.

Клещи, иглы, ножи и скальпели.