Наклонился к Обручевой, поправил волосы, которые прилипли к шраму на пол-лица. Узнаю, кто в этом виноват, и он у меня будет выглядеть еще краше, чем Оля. Это я обещаю!

— Отвези в больницу, проконтролируй, чтобы ее взяли. И сделай это быстро! Долго в этой части я не собираюсь оставаться! — приказал голос Майоровой за спиной.

Закрыл дверь. Мы проводили машину глазами. Водила хорошо надавил на газ, вон какие следы оставил.

Так глупо… Ладно бы за стеной, а так в части и от своих же… И от кого? Рядового?!

— Солнцев! — прошипела Александра Ярославовна рядом.

— Благодарю! — повернулся к капитану. — Можем проследовать в казармы, где мы разместились, и я отвечу на все ваши вопросы.

Не дожидаясь реакции, направился обратно в часть. Девушка пошла следом, продолжая сжимать кулаки. «Понимаю вас, Майорова, — подумал я. — Самому не очень по душе данная ситуация, как и вы…».

— Боря! — подскочила ко мне Царева, но я остановил ее рукой.

— Боря… — передразнили голос и интонацию Елизаветы.

Царева отшатнулась и выпрямилась, когда мимо нее прошла капитан с крайне недовольным лицом.

Зашли в комнату, и я сел на кровать. Майорова осматривала маленькое помещение, выбирая, где ей расположиться. Видимо, стул девушку не устроил, и она продолжила стоять.

— Это твоя? — с пренебрежением выплюнула капитан.

— Ага.

— Почему тут пахнет женщиной? И что за девка, которая к тебе обращается по имени? Ты с ней спишь? Это нарушение устава! Думаешь, получил лейтенанта и можешь распускать руки?

— Духи с утра перепутал, — улыбнулся я. — Приятный запах, скажите? Да и не сплю я со старшим сержантом Царевой. Комнатки маленькие, все рядом.

Потом меня отчитали за то, что в части творится бардак. Пять раз сказали, что я наглец, сопляк, и, вообще, рано мне быть офицером. Внимательно слушал. Папка с ручкой — вот, что я с собой привез. Взял их.

— Капитан, можете повторить? Хочу записать, чтобы не забыть! — поднял глаза на Майорову. Она сразу же замолчала и стала покрываться багровыми пятнами.

Проанализировал речь капитана. Александра сюда приехала не просто так, ее попросил Трутень. Когда она произносила его имя, то будто смаковала, что говорит о ее восхищении Весемиром. Странная девушка, настоящий военный, даже больше, чем Долгорукая. Она в своей стихии.

— Солнцев! — вспыхнул огонь у нее на ладони после моих слов. — У тебя неделя, чтобы привести часть в порядок, также я жду рапорты о действиях рядового и твоей Царевой, — последние слова она особенно зло произнесла.

— Боря! — влетел Дима в мою комнату. Посмотрел на капитана и кивнул с извиняющейся улыбкой. — Там рядовые напали на Топорова, потому что он попытался убить девушку. Уж не знаю, кто их настропалил.

Вскочил и побежал.