– На Ашшуре нет повелителя. Есть королева!

- Но амулет власти у меня! – взвыл повелитель. – У меня! У меня-я-я-я!

Еще одна жертва медных труб. И что им всем так власть покоя не дает? Разве нельзя быть счастливым самому, никем не управляя? Энавель достал артефакт и тот рассыпался прямо у него в руках.

- Как? Этого не может быть! – воскликнул ашасс.

- Может, - улыбнулась я.

- И что же мне теперь делать? – растерялся шиен Энавель.

- Жить. Вы же еще не пробовали.

Подошла и посмотрела в горящие гордостью глаза Лигейроса. Что-то они подозрительно блестели, словно огромный сильный мужчина вот-вот расплачется.

- Значит, на Ашшуре теперь королева, белочка? – хрипло спросил он.

- Нет, отец! На Ашшуре теперь король – самый достойный из всех королей! – я поднялась на носочки и водрузила на увенчанную тяжелыми рогами голову медный ободок. Едва проволока коснулась волос Рея, как тут же превратилась в массивную корону. – Да здравствует король Ашшура, шиен Рей Лигейрос!

Я вопила, кричала, все кто был в зале поддержали меня. Сыпались поздравления, пожелания. А потом мою ногу обвило что-то знакомое, родное и тут же переплелось с моим предателем. Кайл стоял рядом и смотрел на соединенные кисточки наших хвостов.

- Не кажется ли тебе, дорогая, что они тоже считают нас идеальной парой? – спросил Арборей.

- Доверять нужно не хвостам, а своему сердцу! – улыбнулась я, и первая поцеловала Кайла.

САМЫЙ КОРОТКИЙ ЭПИЛОГ

- Нин, любимая, просыпайся! - пушистая кисточка хвоста мужа скользила по щеке и щекотала нос. - Просыпайся! Лори и Нолан уже подъезжают к границе шиенгарата.

Я открыла глаза и улыбнулась. Кайл за прошедшие пять лет нисколько не изменился. Все такой же красивый, высокий, заботливый и наглый. А в руках...

- Это что? - хрипло спросила я. - Груши?

- Ну, разумеется! - усмехнулся он. - Лучшие груши для самой очаровательной женщины, для моей любимой жены, для шиены Арборей.

Утренний поцелуй был долог, сладок, но продолжения не имел. Ибо мужа я любила лишь на Ашшуре, а вот груши обожала в двух мирах.

- Дети где? - спросила, вгрызаясь в красный спелый бок.

- Катаются по поместью на Кваве.

И как-то спокойно он это сказал. Настолько спокойно, что мне тут же стало беспокойно. Наши близнецы Рей и Серпий могут и сами по себе устроить конец света, а уж в компании с виверной становятся втройне опаснее.

- Бежим! - скомандовала я, подскакивая с кровати.

- Куда бежим, родная? - Ну не гад ли? Я психую, места себе не нахожу, а он стоит с грушами и ржет. С моими, между прочим, грушами!

- Кого, малышка? Детей? Виверну?

- Поместье, рогатая твоя голова! Поместье! Еще пять минут, и мы с тобой по миру пойдем! Как думаешь, можно научить Кваву петь жалобные песни?

- Можно попытаться, - пожал плечами муж, пристально наблюдая, как я утрамбовываюсь в штаны и тунику.