Когда я посмотрел на Блэр, она маленькими глотками отпивала кофе.

– Если хочешь послушать музыку, все как я и обещал – выбор за тобой, – напомнил я.

Она не пошевелилась, но на ее губах я заметил легкую улыбку.

– Спасибо. Поверь, я помню. Мне и так хорошо. Для начала мне надо проснуться, но ты можешь что-нибудь включить.

Мне было плевать на радио, я просто хотел поговорить с Блэр. Все равно о чем, лишь бы говорить с ней.

– Ну и какой у тебя план? Кейн знает, что мы приедем за твоими вещами? – спросил я.

Блэр слегка отодвинулась от меня, и я усилием воли заставил себя смотреть на дорогу, а не на ее ноги.

– Нет, не знает. Я хотела все объяснить ему и его бабушке. Бабуле Кью. И еще хочу попросить его продать мой грузовик и переслать мне деньги. Сюда мне на нем уже точно не доехать, совсем развалился.

Я обрадовался, что Блэр больше не будет ездить на своей развалюхе. Но теперь у нее не было машины. Подарить ей новую я мог хоть завтра, но Блэр никогда бы не приняла от меня такой подарок. Оставалось надеяться, что ее грузовик еще можно реанимировать.

– Я мог бы перегнать его в автосервис, пока ты собираешь вещи. Может, все не так страшно.

– Спасибо, не стоит. Кейн уже отгонял его в мастерскую, просил подлатать, чтобы я могла хотя бы по Самиту ездить. Но это все временно. Нужен полный ремонт, а я себе не могу это позволить.

Я крепче вцепился в руль. Мысль о том, что Кейн заботился о Блэр, сводила меня с ума. Это он занимался ее машиной. Это его семья приютила Блэр, когда она нуждалась в помощи. А моя превратила ее жизнь в ад. И меня не было рядом, когда она нуждалась в помощи.

– Так у вас с Кейном…

Черт, о чем я спрашивал? Что у них с Кейном? Твою мать! Я не хотел об этом слышать.

– Раш, мы друзья. Дружили с самого детства, и мои чувства к нему не изменились.

Я ослабил хватку, опустил одну руку с руля и вытер потную ладонь о джинсы. Близость Блэр сводила меня с ума. Если я хотел, чтобы она чувствовала себя комфортно, я должен был держать себя в узде. И начать нужно было с того, чтобы при встрече не набить морду Кейну.

До того как я успел что-то ответить, Блэр потянулась вперед и включила радио. Она нашла волну с кантри, откинулась на сиденье и закрыла глаза. Я наговорил лишнего, и Блэр вежливо дала мне понять, что хочет, чтобы я заткнулся. Намек я понял.

Тридцать минут прошло в молчании, а потом зазвонил мой телефон. На дисплее торпеды высветилось имя Нэн. Ее проклятый айфон был запрограммирован на мою машину. Обычно это удобно – руки остаются свободными. Но теперь, когда Блэр могла прочитать имя Нэн, все выглядело не так круто. Мне не нужны были напоминания о том, как мы расстались. Этот день ничто не должно было омрачить. Я сбросил звонок, и снова заиграла музыка.

К Блэр я не поворачивался, но чувствовал ее взгляд. Это было непросто.