— «Налоговая политика Великого Княжества Российского» самый скучный предмет курса, — Надир переключился на следующую тему.

— Я бы поставила на бухучёт.

— К концу этого занятия передумаешь, гарантирую. Профессор Самарский читает медленно и без пауз.

— Много я пропустила?

— Почти половину лекций. Через месяц уже семинары начнутся, а затем промежуточный экзамен. Автоматом здесь не отделаешься, забудь сразу, хотя в сессию налоги не включены.

— Ну вот, — я криво усмехнулась, — предмет самый скучный, но скучать с ним времени не будет.

— Если возникнут вопросы по теме, спрашивай. Отвечу на любой от истории налогообложения до налогов на отдельные виды деятельности.

— А ты всем предлагаешь помощь? — спросила с лукавым прищуром.

— Нет, — без увёрток сознался он. — Просто тебе она не помешает, а мне не сложно. Я в налогах неплохо разбираюсь лет с пяти.

А внешность-то обманчива!

— С пяти лет? Только один вопрос: зачем?

— Не было выбора, — просто ответил Надир. — Мой отец отвечает за финансовую политику в области, он младший брат главы семьи Самаркандских, — парень прикоснулся к серебряному медальону на своей груди с необычным гербом: по центру лазурного щита возвышался серебристый волнообразный столб, по бокам от которого шли золотые ветви, а сверху белый прямоугольник с тонким орнаментом и тремя чёрными кольцами.

— Раз тебе не сложно, отказываться от помощи не стану. Спасибо за предложение.

— Интересный герб у твоей семьи, — сказала, чтобы поддержать разговор. — Что означает?

— Сверху эмблема Тамерлана, великого завоевателя, создавшего в своё время огромную империю. Самарканд был её столицей. Серебряный столб — это река Зеравшан, основа жизни нашего края, а ветви тутового дерева символизируют шелководство.

— Каким образом? Разве шёлковую нить получают не из коконов шелкопряда?

— Неужто шелкопряды бывают стихийными?

— Давно уже, — обыденно ответил Надир.

— И как оно? Непреложный бонус «стихийной» мутации лютая агрессия. Представить страшно, как реагируют миллионы бабочек на присутствие человека возле кормовой базы для их потомства!

— Опасно, да, — закивал он. — Никогда не задумывалась, почему натуральный шёлк продают по цене золота?

А ведь в гардеробе Васи шёлковых шмоток добрая треть. Валяются смятые…

— Самарканд где-то в Узбекистане, я права?

— Когда то был, но наши земли давно так не называют. С 1883 года мы принадлежим Великому Княжеству Российскому.

— Извини за бестактность, — сказала после небольшой паузы, — ты не очень-то похож на узбека.

— Потому что я перс, — парень снова улыбнулся. — Мои предки происходят из Шираза, что на юге Персидского халифата.

— Как же они оказались так далеко от родины?

— Так же, как все переселенцы — пошли за Судьбой.