Я хотела ботинком припечатать мужика в солнечное сплетение, окончательно выводя из строя, но он быстрым кувырком ушёл с линии атаки и поднялся на ноги. Длинный плащ остался лежать на земле.

— Это ты зря вмешалась, сука, — произнёс он с мрачным обещанием. Больше никакой наигранности и никакой слабости, только немецкий акцент никуда не делся.

То, насколько сильно я недооценила противника, стало ясно спустя какую-то долю секунды. С ножом мне повезло. Просто невероятно повезло, как везёт всего раз в жизни. Фриц не дал сделать даже полшага в сторону. Молниеносно сократив дистанцию, он на входе атаковал хуком с разворотом кулака. Я не успела ощутить боль, когда последовал прямой удар по корпусу: правой рукой упырь пробил в грудину, а левой в область нижних рёбер. Затем согнул локоть и резким круговым движением снизу вверх добил в челюсть. Хрустнула кость. Похоже, это был один из шейных позвонков, потому что моё тело разом утратило чувствительность. Верх и низ поменялись местами, я распласталась на земле безвольной куклой для битья.

Вот тебе и кандидат в мастера спорта, милочка.

Мужская фигура в белой рубашке с пышными кружевами нависла над моим лицом смертной тенью.

— Девчонка ушла, и догонять её нет времени, — фриц со вздохом глянул на циферблат часов. — К несчастью для тебя, майне либе. О, только не расстраивайся! Твоя кровь послужит благой цели. Ты сделаешь лучше…

Тусклый свет фонаря скользнул по тройному лезвию прощальным приветом. Окончание фразы потонуло в моём же крике.

Телефон надрывался на пределе громкости. Бодрая песенка безо всякой жалости выдрала меня из липких объятий кошмара, сотканного из бесконечной пустоты с далёкими фиолетовыми искрами. Сбросить звонок удалось лишь с четвёртой попытки. Незнакомая модель телефона имела непривычный интерфейс, изрезанный трещинами экран и корпус ядовито-розового цвета. Чей он, интересно? Точно не мой.

Интерьеры вокруг казались совершенно чужими и одновременно знакомыми до мельчайшей детали. Странно как.

Крепко зажмурившись, снова открыла глаза и попыталась сфокусировать плывущий взгляд. Нет, всё-таки я вижу эту комнату впервые в жизни. Какая-то она… богатая.

Тогда, откуда мне известно, что за дверью справа душевая и туалет, а слева выход?

Ничего не понимая, села в кровати и тут же ощутила сильную головную боль и настойчивый приступ тошноты. Едва успела добежать до ванны, как желудок вывернуло желчью. Похоже, бурная у меня выдалась ночка! Или даже несколько ночей. Хорошо бы, кстати, узнать, какой сегодня день недели? На работу бы не опоздать.

Вытерла губы тыльной стороной руки и только потянулась за полотенцем, как увидела собственные ногти — обломанные и покрытые ярким лаком мерзкого оттенка в тон телефону.