Рваные полы рубашки он попытался запахнуть так, чтобы дыр не было видно, и кое-как двигаясь, тоже бухнулся на колени.

Я все это время наблюдала за Бартом, едва сдерживая восторженный вздох. Да он же здесь гроза всех заключенных! Мужчина лениво поигрывал мечом, потом присел на корточки перед нарушителями порядка.

— Я сначала спрошу, что вы не поделили, на ответ десять секунд. Потом я желаю услышать ваши имена, и госпожа Анна, — Барт, не поворачиваясь, ткнул в мою сторону пальцем. — Решит что делать с вами дальше. Вы уже знакомы с госпожой Анной?

Мужики замотали головами, испуганно косясь в мою сторону.

— Вы должны были прийти сегодня на площадь перед Домом совета… Итак, что не поделили?

— Он ходит к моей жене!

— Она уже не твоя жена!

Теперь и я присела на корточки, просто чтобы быть на одном уровне со всеми. Странно мы, должно быть, выглядели со стороны, но я об этом не думала.

— Кто к кому ходит? — непонимающе нахмурился Барт.

— Бывшая жена Сериджа любит меня, а я — ее. Серидж никак не может с этим смириться.

Я вскинула брови.

Вот этот щуплый мужичок — затейник этой драки? Что он пьет для храбрости? Надо бы попросить и мне отлить.

— В смысле — бывшая жена? — Барт, кажется, совсем запутался.

— Они разошлись еще на прошлой неделе.

— Каким это образом? В Исмантуре резко изменились законы бракосочетания?

— Так в Хельере же это давно принято, господин дракон, — бородач почесал затылок.

— Удивительно, — пробормотал Барт, поднимаясь на ноги. Я последовала его примеру. — Значит так, вы оба должны прийти к какому-то мирному соглашению на словах, если я узнаю, что кто-то кого-то избил, вы оба отправитесь в Особую башню.

Ясно выразился?

Мужики утвердительно затрясли головами.

Их словно ветром сдуло.

— Ты не спросил их имена, — заметила я, а Барт махнул рукой.

— Расторжение браков недопустимо в Исмантуре, потому что в таком случае женщина обычно остается на улице ни с чем. Надо бы пообщаться с королем этих земель, что-то мне подсказывает, что закон этот не только в Хельере действует.

— А что за Особая башня?

— Говорил тебе о ней — для особо опасных преступников.

Хочешь зайти?

Еще бы! Я даже отвечать не стала. Зашагала прямо по дороге, и не сбавила шага даже когда Барт развернул меня в другую сторону.

Особая башня оказалась местом жутким. Темно-серый фасад был в трещинах и подтеках, с одного края внизу каменная кладка поросла мхом. Как появился мох при нулевой влажности, неизвестно, но я его даже пальчиком потрогала, чтобы удостовериться, что не привиделось. Тяжелая массивная дверь заскрипела, впуская нас внутрь.