— В чьем саду могут расти абсолютно любые растения, независимо от сезона и погоды. За букетами которой идут даже те, у кого есть собственный сад. Та, кто поклоняется богине Леассии.

Он кивнул в сторону висящего в углу над прилавком оберега — кольца, сплетенного из разноцветных ниток.

— Что плохого в поклонении богине жизни? — пожала плечами девушка. — Это ведь не Темная Тамина.

— Да, ты права. Леассия — богиня жизни. Так, по крайней мере считают жители королевства Адемар. Но очень немногие знают, что на востоке, в княжестве Ирсал, Леассию считают еще богиней справедливости. Илзе — это ведь ирсальское имя, так?

— Так, — тихо согласилась цветочница.

— Будучи на войне, я слышал легенду, — невидяще глядя куда-то вдаль, произнес мужчина. — Легенду о жрицах Леасии. Девушках, через которых она передает свою волю. В цветах, растущих рядом с ними несмотря ни на что. Именно через цветы жрица может наградить человека богатством, удачей или процветанием. Может подарить исцеление от смертельной болезни или силы для преодоления невзгод. А может и покарать. Как покарала Патрика Госли.

— Почему вы так решили? — хмуро спросила Илзе. — Не только ведь из-за имени?

— Не только. Еще из-за леорнисов, которые спасли город от оспы. Из-за мельвей, которые каждый день появлялись у изголовья Маркуса Ваена. И из-за того, что на него пытались напасть, когда там неожиданно оказалась ваза с акацией.

В магазине воцарилось тяжелое молчание. Этого следовало ожидать. Маг был слишком умен, слишком проницателен. Умел подмечать даже самые мелкие детали и делать из них правильные выводы. А цветочница так неосторожно демонстрировала свою необычность, не раз и даже не два.

Девушка прикрыла глаза, делая глубокий вдох, потом открыла их и спокойно посмотрела на Эллана Эрнаэна.

— Я подозревала, что вы сумеете соотнести одно с другим. И что теперь? Отдадите меня под суд за убийство Патрика Госли?

— Нет, — бледно улыбнулся мужчина. — Кто я такой, чтобы спорить с волей богини? Просто я хотел убедиться, что судьба не случайно привела меня в этот город.

— Что вы имеете в виду?

Маг потер висок и очень тихо сказал:

— Когда в твоем саду снова вырастет черный цветок, приходи в мой замок. Тебя пропустят.

— Что? — ахнула Илзе.

— Я знаю, что рано или поздно меня настигнет возмездие за все то, что я сделал. Жаль только, что этим возмездием станет та, которая…. Впрочем, не важно…

Сказав это, он бросил на Илзе последний взгляд, потом развернулся и вышел. На улице послышался цокот конский копыт, а девушка бессильно опустилась на табурет.

От горечи, которую цветочница увидела в глазах мужчины, ей хотелось плакать. Такой сильный, храбрый, но такой несчастный и одинокий… Прошедший сквозь ад, но оставшийся при этом человеком.