Не похоже, что он в курсе.

К слову, Исхрем даже не понял, что генерал не знал о его причастности. Пожилой маг перевел взгляд на Дхана, который продолжал снимать с него артефакты.

– До последнего не верил в твою причастность, Исхрем, – глухо сказал ди Соро.

– Ты всегда был излишне самоуверенным и доверчивым, – с презрением оглядел его директор.

Попав к нам в руки, он перестал играть роль доброго, мудрого волшебника и показал свою истинную сущность.

– Только ничего вы не узнаете, – недобро усмехнулся Исхрем, – на мне магический запрет.

– Еще и не такое можно преодолеть, если действовать осторожно, – пожал плечами Дхан. – Уведите его.

Подчиненные теневика схватили под руки директора (хотя, наверное, уже бывшего директора) и оттащили в подготовленную для него каморку. Как только дверь за Исхремом закрылась, отрезав звуки, я спросила:

– Откуда ты узнал о его причастности?

– Почему вы не рассказали… – одновременно начал Дэлор.

– Какая поразительная согласованность! – хохотнул Дхан. – Отвечу по порядку. Я не знал о его причастности, зато знаю тех, кто совершает преступления. Даже самые отъявленные негодяи придумывают себе оправдания, и, что удивительно, злятся, когда видят людей, пострадавших из-за их действий. Исхрем поступил так же. Он лишь мимолетно взглянул на нас, а потом смотрел только на генерала. У него на лице сначала промелькнуло удивление, а затем злость. Но откуда? Насколько я знаю, между вами никогда не случалось конфликтов, которые могли бы вызвать такую концентрированную ненависть. Вот я и решил забросить удочку: вдруг сработает? Честно скажу, сам не ожидал.

Дэлор опустил голову и сжал кулаки. Вот вроде бы он для меня чужой человек, а все равно хочется поддержать, ободрить. Жаль, что слова подобрать очень сложно. Я сама слишком хорошо знаю, что такое предательство.

Внезапно в тишине прозвучали слова одного из подручных Исхрема:

– Надо убираться отсюда подальше! Переехать в другой город, может, в другую страну. Наш хозяин слишком заигрался!

– Надеюсь, это сработает, и о нас забудут, – согласился второй боевик. – Лучше разделиться: так меньше шансов, что нас найдут.

Ох, я ведь так и не убрала разведчик, и теперь мы слышали, что происходило в карете, после того, как директора похитили.

– С ними все понятно. Думаю, ничего интересного мы уже не услышим. Можешь снимать наблюдение, – приказал Дхан.

– А как теперь допрашивать Исхрема, если на нем магический запрет? – спросила я, послушно развеивая чары.

– О! Есть много методов. Для начала давайте пообедаем, а потом уже пообщаемся с бывшим директором.

Обед прошел прекрасно. Мы не касались темы расследования, а говорили о каких-то отвлеченных вещах, вроде местных новостей, теплой погоды и приближающихся праздников.