Сражение потихоньку перемещалось на городские улицы, и теперь вместо стен нам приходилось штурмовать баррикады, но это оказалось гораздо проще, чем карабкаться под обстрелом на верхотуру. К тому же, боевой дух полочан уже был подорван, как же, враг в городе, всё кончено.

На этот раз, в отличие от Йорвика, разъярённых норманнов никто не пытался подкупить, и весь город стал их законной добычей, так что северяне врывались в дома, грабили и убивали без всякого стеснения. Запрещалось только поджигать, потому что город был полностью деревянным. Хререк желал обладать городом, а не его руинами в куче пепла.

А в остальном северяне развлекались как могли, не отрываясь от основного процесса — истребления защитников Полоцка. Ещё оставалась крепость с её защитниками, куда более грозная, чем городской частокол, но рваться туда князь не спешил. Вопрос с провиантом теперь был решён за счёт городских запасов, и торопиться было некуда. Тем более, что для разграбления города требовалось время, и немалое.

Сам я в грабежах участия принимать не стал. В городских домах меня мало что могло заинтересовать, я с гораздо большим удовольствием пошарился бы в крепости, в покоях Брячислава Всеславича, но для этого надо было ещё туда добраться.

Там-то как раз оборонялись не горожане с вилами и топорами, а дружинники князя, как и мы, всю жизнь посвятившие насилию и убийствам. И пусть мы превосходим их числом, взять крепость будет непросто. Брячислав отнюдь не честолюбивый и глуповатый Вадим, способный решить судьбу целого города и княжества одним поединком, Брячислав будет держаться до последнего.

Я бы тоже держался. Хотя лично я предпочёл бы вообще не оказываться на поле боя, имея у себя в противниках Хререка.

Жаль, что не все это понимали. Это для меня князь был основателем русской государственности, а для всех остальных он оставался простым авантюристом, жаждущим власти, богатства и славы, одним из многих. И воспринимали его соответственно, часто не принимая всерьёз. Эту ошибку совершил Вадим, эту же ошибку сейчас делал Брячислав.

После того, как Полоцк был взят, а сопротивление было подавлено, весь лагерь быстренько переехал внутрь города, квартируясь на постоялых дворах и в больших усадьбах, само собой, бесплатно. Из крепости поначалу нас пытались обстреливать, но это быстро прекратилось. Видимо, стрел у них оставалось не так много, как хотелось бы.

В нашей команде погибли семеро, в том числе Ульф Бочка, Асмунд и Стейн, а ранены были почти все.