— Зачем, интересно?

— Я же вас обидел, хочу загладить вину, — слегка прищуривается, и у меня создаётся впечатление, что он забавляется. — Соглашайтесь на ужин.

— Я вас прощаю, — киваю. — Идите с миром.

Пытаюсь сделать шаг в сторону своих учеников, но мужчина аккуратно, но достаточно твёрдо придерживает меня за локоть. Однако, сразу же отпускает, снова убирая руку в карман.

— Нет-нет, я всё равно продолжу себя винить, Катерина, только ужин сможет снять с моей души такой груз.

Вот же прицепился. Ещё и у всех на глазах… флиртует? Этого не хватало ещё.

— Как вы узнали моё имя?

— Спросил у стоявшего ближе всех пацана.

— Я не ужинаю с незнакомыми мужчинами, — отвечаю, а сама взглядом отслеживаю ребятню.

— Позвольте, Катя, разве мы не знакомы? Мы видимся уже в третий раз. Обычно на третьем свидании уже даже сексом занимаются. Я, кстати, Константин.

Издевается, гад!

— Тише! — шикаю на него и смотрю строго. — Здесь дети, вообще-то!

— Думаете, они в седьмом классе ни разу не слышали слово секс?

Будто специально говорит, абсолютно не приглушая голоса. Чтоб ему!"

"— Послушайте, Константин, — делаю акцент на его имени. Хочется сказать отвали, но я сдерживаюсь. — Давайте закроем конфликт. Пусть ваша совесть спит спокойно — я не в обиде. Всего хорошего.

Отворачиваюсь и, показывая всем своим видом, что больше говорить нам не о чём, ухожу к своим подопечным. Даже выдыхаю через нос резче, чем нужно, чтобы вытолкнуть аромат парфюма мужчины. Приятный, кстати, аромат.

3

— Нет! Я передавала данные с ученицей. Заказ был на девять порций.

— У меня написано одиннадцать, — отрезает раздатчица. — Я и поставила на ваш стол одиннадцать.

— Я лично писала в бланке заказа!

— Не знаю. Вот как мне передали, так я и накрыла вашему классу.

Сил уже спорить с Марией Фёдоровной нет. Как только не лично передашь заказ в столовую, так и нестыковки. А потом разницу оплачивать.

Я сегодня первым уроком в 9-б проводила тест и сама заказ сделать не могла, отправила девочку, которая всё выполнила первой. И вот теперь сама не рада.

Спорить нет ни сил, ни смысла. Записываю в блокнот, чтобы не забыть, и возвращаюсь от окошка раздачи к столу, за которым едят дети из моего класса. Сзади ругаются пятиклашки, спорят, кто кому в компот бросил варёное яйцо. Учителя, приглядывающие за своими классами, негромко обсуждают предстоящий семинар завучей по воспитательной работе и подготовку к открытым урокам, которые им поручили провести.

Мои едят быстро, командую, чтобы убирали за собой тарелки, и тороплюсь в кабинет. Надо ещё приготовить доску к уроку в десятом классе. Проектора хватило ровно на девять минут первого урока, я даже не успела девятому продемонстрировать примеры экзаменационных работ.