Впечатление грубых, неотёсанных вояк, привыкших брать нахрапом, наглостью и говорить лишь на одном языке — языке силы и стали, — Ещё есть? Было хорошо, но мало. Не распробовали даже. И закуси бы. А то на голодный желудок…

— Северные варвары, — презрительно процедил слуга. Он уже взял себя в руки и его лицо приобрело привычное скучающее выражение, — Идите за мной. Господин Ольберт вас примет.

— А у него будет закусь? — поинтересовался Тур, чуть не доведя слугу до новой истерики.

Перед глазами тут же высветилась очередная надпись.

До следующего уровня персонажа осталось 185 очков.

Получено 10 очков уважения в Деммерворте. До следующего уровня уважения осталось 40 очков. Ваш текущий уровень уважения: «проходимец».

Вот как. Выходит права была старуха шапокляк. Хорошими делами прославиться нельзя. Ну или можно, но далеко не всегда. Иногда стоит побыть и «неотёсанным северным варваром» чтобы тебя стали больше бояться. И уважать соответственно.

Кабинет «господина» тоже был обставлен не в пример богаче того, что был у Одора. Посреди комнаты стоял тяжелый стол из красного дерева, покрытый причудливой вязью узоров.

Окно уже не было затянуто бычьим пузырём. Напротив, внутри тяжелой железной рамы располагался витраж из сотен цветных осколков стекла, складывавшихся в фигуру какого-то древнего воина. Возле стен стояли стеллажи с книгами в дорогих, посеребрённых переплётах.

Сам же хозяин всех этих богатств тоже разительно отличался от одутловатого, хоть и крепкого старика. Это был сухощавый мужик лет тридцати-тридцати пяти с короткой черной шевелюрой, в которой уже начинала проглядывать первая седина. Резкие черты лица, загорелая кожа, пышные закрученные усы и внимательные серые глаза, казалось, видевшие нас насквозь.

Так, а вот с этим типом надо уже быть поосторожнее. Это явно не истеричный служка, падающий в обморок от любой выходки, выходящей за рамки местного этикета. Но и слишком скованно себя вести тоже не стоит. Раз уж начали строить из себя «крутых и прожжённых», этого курса и надо придерживаться дальше.

— Ваше благородие, гости… — слуга поклонился и знаком попытался показать, что нам следует сделать то же самое. Я посмотрел на него. Сплюнул прямо на дорогой ковер, которым был устлан пол, прошёлся по нему грязными, изгвазданными в навозе ботинками, плюхнулся на резной стул и сходу выдал, — Мы тут за работой.

Есть у вас задания для четырех мечей?

Тур тоже стесняться не стал. Проследовал за мной, плюхнулся рядом, положив свой здоровенный бродекс на колени, так, чтобы его видел потенциальный наниматель.

От этой выходки слуга и впрямь чуть не упал в обморок. Он покраснел, прикрыл рот рукой, глядя то на грязные следы, оставшиеся на ковре, то на нас с Туром.