– А откуда вы знаете, что именно туда? – спросил Джо.

– Точно знать я, конечно, не могу, но их подобрала машина «Хилтона». Если что-то изменится, мои люди сообщат.

Агент ДЕА занял водительское место, включил радио, и ему доложили, что две женщины, за которыми велась охота, прибыли в отель, и их проводили в люкс с видом на море.

– Ну, вы все сами слышали. Так что поспешим.

Глава пятьдесят первая

Эмма лежала с открытыми глазами и наслаждалась царившей вокруг тишиной. Старый дом, казалось, вздыхал время от времени, но этот звук, ничуть не нарушал покоя. Когда Эмма четыре года назад переехала обратно в Висконсин, она ненавидела такие ночи. А теперь, когда она лежала рядом с Кейн, устроив голову на плече любимой, Эмме казалось, было бы чудесно просыпаться так всегда.

– О чем ты думаешь, милая? – осведомилась Кейн сквозь сон. От ее голоса приятный холодок пробежал по коже Эммы. Кейн притянула ее ближе.

– Думаю, как же мне повезло.

Они поднялись, чтобы взглянуть на спящих детей, а потом вернулись в ту комнату, что Мэдди отвела им еще в прошлый приезд. Кейн заперла дверь. После долгого поцелуя на лестнице Эмме невыносимо хотелось любви. Она провела ногтями по груди Кейн, с удовлетворением отмечая, что по коже той побежали мурашки.

– А я все думаю, на кого будет похож наш следующий ребенок, – она перевернулась, чтобы видеть лицо Кейн в лунном свете. – Представляю, как ты прогуливаешься по магазину игрушек.

– Я тоже представляла себе все это. Мне еще так многое предстоит наверстать, когда появится наша малышка.

И хотя замечание Кейн было самым невинным, Эмма расплакалась, услышав это.

– Что такое? – Кейн повернулась к ней и погладила по щекам.

– А ведь Ханна и не догадывается, какой сюрприз ее ожидает, когда все снова войдет в привычное русло.

– Послушай меня, – Кейн прижала палец к губам Эммы. – Я хочу, чтобы ты простила себя. Мы не можем изменить прошлое, но можем исправить настоящее. И Ханна всю оставшуюся жизнь будет счастлива, не потому, что росла без каких-то вещей, а потому, что мы обе любим ее.

– Видишь, я же говорила, что мне повезло, – Эмма притянула Кейн к себе, больше всего на свете желая почувствовать защищенность, которую ей дарило присутствие любимой.

– Девочка моя, как бы нам ни хотелось заблуждаться, но никто из нас не совершенен. Но в моих глазах ты из тех, кто подобрался ближе всех к идеалу.

– Льстишь мне, – в голосе Эммы не было больше грусти. Она в шутку схватила Кейн за шею и принялась целовать.

– Я на самом деле люблю тебя. Но если ты тут ради лести, я могу полежать рядом и придумать что-нибудь стоящее.