Подмигнув любимой, Кейн провела ее к двум свободным стульям и отодвинула один для Эммы. Та незаметно обвела взглядом зал, узнавая множество лиц, за исключением пары человек. Все были одеты так, чтобы сразу после ужина отправиться на церемонию открытия клуба.

– Эмма, полагаю, ты знакома со всеми, кроме Реми и Мано Джэтибон, а также Сильвии, супруги Мано, – проговорил Винсент. Он производил впечатление хорошего хозяина. – Рауль отправил их в разные концы страны, чтобы они заработали для него еще больше.

Близнецы, сидевшие рядом с матерью, приветственно кивнули Эмме.

Винни, младший Карлотти, и Рэймон были ей уже знакомы. Они тоже кивнули в ее сторону. В центре антикварного стола, который, очевидно, стоил целое состояние, стояла бутылка ирландского виски и бокалы для всех.

Винсент откупорил бутылку:

– Многие месяцы перед нами стояла проблема, – он не обращался к кому-то в отдельности. – И, чем дольше мы игнорировали ее, тем серьезнее и опаснее она становилась.

– Угроза нависала над всеми нашими семьями, – раздался голос Рэймона. – Но с самого начала наша семья уделяла этому больше внимания, чем все остальные.

 – Он принял из рук Винсента бокал, равно как и его жена и дети.

Снова заговорил Винсент, передавая виски своему сыну:

– Все мы делали, что могли, чтобы решить эту проблему. Но один из нас пошел дальше всех остальных. И за это – наша искренняя признательность.

Следующие два бокала он передал Эмме и Кейн, и только потом поставил последний перед собой.

– Кейн, Рэймон и я работали в этом городе долгое время, нам есть, что оставить в наследство нашим детям.

Снова встал Рэймон, с бокалом в руке, чтобы продолжить свою речь. Он слишком хорошо знал, насколько важны альянсы:

– И, друг мой, твой отец поступал так же.

Я и по сей день, огорчен тем, что тебе приходится продолжать дело без его совета.

– Но этот вечер – твой, Кейн, – Винсент с улыбкой отсалютовал своим бокалом. – И очень жаль, что его пришлось ждать так долго. За это Рэймон и я приносим свои извинения.

Вставая, Кейн положила руку на плечо Эммы, давая ей понять, что стоит остаться на месте. Кейн подняла бокал:

– Не нужно извинений в кругу друзей.

– Быть может, и так, но мы все же просим прощения.

Кейн покачала головой, а Винсент в ответ рассмеялся:

– Долгие годы мы были очень дружны с твоим отцом, и в день, когда ты родилась, я был несказанно счастлив за него.

Я видел гордость на его лице. Далтон понимал, насколько важны в нашей жизни семья… и преданность, – Винсент перевел взгляд на Эмму. – Ты дала Кейн тот же бесценный дар, и я вижу, как расцветает та же гордость на ее лице. И, должен сказать, я рад, что состоялась наша встреча.

– Почему? – вопрос был не совсем уместен, но Эмма не смогла удержаться.