Для них!

— А еще, — добавил я, — статьи о смерти генерала вышли еще до того, как он успел преставиться. Так что хватит жалеть себя. Собрались и выяснили, что тут на самом деле произошло.

И мы выяснили. Уже через час я получил доклад, что гной в ранах французского генерала оказался от кого-то другого, а сам он умер не от инфекции, а задохнулся из-за отека горла. Почти рассосавшийся след от незапланированного укола на шее не оставлял сомнений, что это не случайность. Вот только самого убийцу мы найти не смогли, а все остальное… Мы, конечно, передадим и нашим, и французам, да даже по радио включим в трансляцию — но кто бы это ни начал, вряд ли его это остановит.

Прошел всего день, и я понял, что был прав на все сто процентов.

Нас никто не собирался слушать. Виновные были назначены, и общественность Франции требовала от правительства Комба или уйти в отставку, или же наказать русских. Я вот не представлял, как одна смерть вроде бы не самого известного еще недавно человека может так сильно все изменить, но… Истерия — она такая. Еще один день, и Париж все-таки выпустил официальное заявление. Они не разрывали союз с Россией, но ставили на паузу выполнение всех своих обязательств.

— Звучит не очень страшно, — сказал вслух Буденный, который снова попал на собрание штаба.

— Но это страшно, — покачал головой Лосьев. — Если еще недавно мир был близок как никогда, то теперь… Эскадра Рожественского застряла в Индокитае без угля, как мы когда-то и обсуждали. Им хватит текущих запасов на поддержание кораблей в строю, но вот дальний переход и тем более сражение…

Он не договорил, но и так все было понятно.

— Во Владивостоке и Порт-Артуре все зашевелились, — поделился официальными новостями Ванновский. — Смотрят, какие у нас есть запасы своего угля и, главное, на чем мы сможем его довезти до Ханоя. Если что, англичане уже отказались от фрахта, а немцы…

— Они же вроде хотели союза?

— Их неофициально предупредили, что суда с нашими грузами могут перехватить, так что кайзеру нужно будет решать, готов ли он прямо сейчас пойти против прямой угрозы одновременно и от Англии, и от Франции.

— Проклятье! И это еще союзники называются! — выругался Буденный.

— Это? — хмыкнул Ванновский. — Ситуация с эскадрой еще выглядит прилично на фоне всего остального. Как вам то, что Франция до решения ситуации отказалась от своих поставок по всем контрактам, но при этом требует от нас в качестве доказательства добрых намерений продолжать их оплачивать? Как и кредиты! Деньги за воздух! Причем деньги, которые, возможно, против нас и будут пущены!

И ведь как раз для того, чтобы предотвратить подобные ситуации, когда все вокруг так быстро меняется, я и рассылал агентов во все ближайшие страны.