Ты не бросил бы Паолу. Думаешь, я не понял причины вашего скандала? Моя девчонка лучше, тебе захотелось такую же. А Лучик? Азиз? Дядя Наиль? Наши отцы? Брат, Ася появилась в нашей жизни из-за той аферистки. Прости ее и отпусти. Выдохни, встретив свою свободу и шанс когда-нибудь обзавестись детьми от любимой женщины. Пусть нам обоим послужит уроком впредь не быть такими дебилами.

— Ты просишь о невозможном, — твердит он.

— Нет! — рявкаю я, хватаю его за руку и кладу ее на могильное ограждение. — Перед матерью прошу тебя быть человеком! Ты не дал мне убить нашу сестру, подумав о ее детях. Так та девка — тоже завтрашняя мать. Она умчалась от меня с мыслью, что нежеланный ребенок спас ей жизнь. И родив, она его уже не бросит. Как ангела беречь будет.

— Не будь таким наивным.

— Она заплакала, брат. И рукой живот обняла. Не лишай ребенка матери. Детдом — это кошмар. Поверь тому, кто побывал там.

— И что ты предлагаешь? — Он отдергивает руку.

— Забей. Перечеркни и живи дальше. Перед тобой целый мир, брат. Найди свою женщину и подари этот мир ей и вашим детям.

Он нервно смеется и, вздохнув, поднимает лицо к небу.

— Значит, я свободен…

— Вот и цени это. — Я сжимаю пальцами его плечо. — Помнишь, когда пацанами были, ты говорил, что женишься после меня? — смеюсь с ностальгией.

— Ага, — кивает брат. — Чтобы моя жена была лучше твоей. Впрочем, в ситуации с Риммой и Паолой так и было.

— Ну так — я женат. — Указываю ему на обручальное кольцо. — Твоя очередь. Не разменивайся больше на тех, кто интересен тебе ровно на одну ночь. Найди свою единственную.

Мы еще некоторое время молча стоим у могилы и возвращаемся к машинам. Приветствую Фазу рукопожатием и поздравляю, что он наконец-то нашел свое место. Пацан столько дерьма пережил из-за своего бывшего босса, а ведь достоин лучшего.

— Ты приглядывай за моим братом, — говорю ему, кивая на Чеха.

— Для этого меня и наняли, — отвечает он.

Я еще раз пожимаю руку брату и, обняв его, хлопаю по плечу.

— Держи меня в курсе перемен. Звони, пиши. На тебе здесь не только племянники остаются, еще и Асманов с Тимуром.

— А ты отца с того света вытащи, — просит он в ответ, отпуская меня и открывая дверь машины.

— Слушай, а что ты с Адель сделал? — спрашиваю, когда он уже садится, а Фаза заводит тачку.

Брат коварно скалится:

— В психушке ее закрыл. Там ей самое место. До конца ее дней.

Да, такое мог придумать только мой брат. Я одобрительно киваю ему. Уж он-то позаботится, чтобы Адель никогда оттуда не выпустили. И она должна быть благодарна ему, потому что я бы отнял у нее право на воздух.

Провожаю машину брата взглядом, выдыхаю и сажусь в свою. Все закончилось. Мне пора к моей девочке. Пора взять ее за руку и повести в наше будущее.