Я возвращаюсь домой абсолютно счастливым, как придурок из психбольницы, которого галоперидолом накачали. У Азиза узнаю, что дежурство прошло без происшествий, отпускаю его и иду в комнату.

Медсестричка так и спит. Похоже, даже не пошевелилась ни разу, пока меня не было. Я раздеваюсь, любуясь ею, осторожно опускаюсь на кровать, стараясь не разбудить ее, но она все равно вздрагивает, когда наша кожа соприкасается.

— Камиль, — мурчит сонно, — ты такой холодный.

— Так согрей меня, — прошу я, притягивая эту горячую девочку к себе.

Она одаривает меня коротким поцелуем и жмется к моей груди.

Носом зарывшись в ее макушку, улыбаюсь, как идиот.

Нет, брат ошибается. Ты меня не погубишь, девочка.

Нас будит грянувший в тишине звонок домофона. Спросонок я не сразу соображаю, что это вообще за звук.

— Лежи, я подойду, — сонно информирует меня Камиль, вылезая из постели и надевая штаны.

Я потягиваюсь, смотрю на часы. Уже девять утра, а вставать совсем не хочется. Всю жизнь пролежала бы в объятиях Камиля. Я тупица, не иначе, раз решила порвать с ним. Не представляю, что сейчас было бы с нами, если бы он отступил.

Как подумаю, в дрожь бросает.

— Это Лучик, — сообщает он, вернувшись в комнату. — Привезла тебе какой-то подарок.

Не припомню, чтобы мы с ней о чем-то договаривались. Но не буду же я игнорировать девочку. Набрасываю на себя халат и замечаю на тумбочке пистолет. Ночью Камиль куда-то отлучался. Неужели ездил к Чеховскому?

— Камиль, — спрашиваю я, пока он не ушел в ванную, — ты же никого не убивал?

— Нет, — улыбается он, целует меня, берет полотенце и уходит.

Ладно, позже поговорим.

Я встречаю Лучиану и Азиза. Девочка протягивает мне чехол для платья, судя по весу — не пустой, и, снимая сапоги, возбужденно докладывает:

— Блин, боялась, что не успеют прислать.

Успели. Из самого Милана! Ты должна это примерить.

— Что это? — недоумеваю я, хоть и догадываюсь.

— Свадебное платье, конечно же! Из коллекции самой Норы Новиано!

Имя модельера мне ни о чем не говорит. Но я примерно предполагаю, сколько этот наряд может стоить.

Лучиана снимает пальто, берет меня под руку и ведет в комнату, словно это я пришла к ней в гости. Бардак ее ничуть не смущает. Она закрывает дверь и разводит руками:

— Ну?! Я что, зря старалась? Давай же, распаковывай!

От растерянности руки становятся непослушными, и Лучиана помогает мне.

Расстегивает молнию чехла и вытаскивает элегантное свадебное платье из изящного кружева цвета капучино. Облегающее, расклешенное к низу, на тонких бретелях, с открытой спиной и роскошным легким шлейфом. Любая невеста в этом платье превратится в принцессу.

— Лучик, ты с ума сошла? — ахаю я. — Оно же, наверное, безумно дорогое!

— Моя бабушка жизнь посвятила своему свадебному салону.